– Ты выглядишь по-другому. – Итан коснулся своего уха, глядя на меня. – Как тот плохой король. Как Они. – Он всхлипнул. – Ты теперь будешь жить с Ними, да?
– Конечно, нет. Мой дом не с Ними. – Я сжала его ладошку. – Буду жить с тобой, мамой и Люком как раньше.
– Темный человек разговаривал со мной. Сказал, я забуду Их через год или два и больше не смогу Их видеть. Тебя я тоже забуду?
Я опустилась на колени и посмотрела ему в глаза.
– Не знаю, Итан. Но знаешь что? Это не важно. Что бы ни случилось, мы одна семья, понятно?
Он грустно кивнул, мудрый не по годам. Вместе мы пошли по дорожке к дому.
По мере нашего приближения очертания нашего дома становились крупнее. Он выглядел знакомым и в то же время странным. Потрепанный пикап Люка стоял на подъездной дорожке; на окнах – мамины цветастые занавески. В моей комнате было темно и тихо, но в комнате Итана мерцал оранжевый свет. При мысли о том, кто там спит, у меня скрутило живот. На первом этаже свет горел только в одном окне, и я поспешила.
Когда я открыла дверь, мама спала на диване. Телевизор был включен; на коленях она держала коробку салфеток, скомкав одну в руке. Она зашевелилась, когда я закрыла дверь, но не успела я заговорить, как Итан завопил:
– Мамочка! – и бросился к ней на колени.
– Что такое? – Мама резко проснулась, напуганная тем, что малыш плачет. – Итан? Что ты делаешь внизу, кошмар приснился?
Она взглянула на меня и побледнела. Я попыталась улыбнуться, но не получилось, а ком в горле мешал заговорить. Она поднялась, не отпуская Итана, и мы бросились друг другу в объятия. Я плакала, уткнувшись ей в шею; мама крепко обнимала меня, и я чувствовала ее слезы влажными струйками на своих щеках.
– Меган! – Она наконец отстранилась и посмотрела на меня, облегчение в ее глазах сменилось вспышкой гнева. – Где ты была? – потребовала она слегка дрожащим голосом. – Тебя искала полиция, детективы разыскивали тебя, весь город тебя искал. Ни следа не нашли, я так беспокоилась! Где ты была все эти
– Где Люк? – спросила я, сама не зная почему. Может, чувствовала, что он не должен нас услышать, что нам с мамой нужно поговорить наедине. Интересно, заметил ли он, что меня не было? Мама нахмурилась, будто читая мои мысли.
– Наверху, спит, – ответила она, отстраняясь. – Надо разбудить его, сказать, что ты вернулась. Все эти три месяца каждую ночь он садился в пикап, разъезжал по округе и искал тебя. Иногда возвращался аж под утро.
Потрясенная услышанным, я сморгнула слезы. Мама посмотрела на меня сурово – тем самым взглядом, предупреждающим, что наказания не избежать.
– Подожди здесь пока, а потом, юная леди, расскажешь нам, где была, пока мы тут с ума сходили. Итан, милый, давай уложим тебя в постель.
– Стой, – позвала я, когда она отвернулась. Итан вцепился в ее халат. – Я пойду с тобой, и Итан тоже. Думаю, все должны это услышать.
Мама колебалась, глядя на Итана, но все же кивнула. Мы повернулись и застыли на месте – на лестнице послышался какой-то шум.
На ступеньке стоял подменыш: глаза прищуренные, рот перекошен в бешенстве, маленькие кулачки сжаты. На нем была пижама-комбинезон Итана в форме зайца. Настоящий Итан заскулил и прижался к маме, пряча лицо. Мама ахнула, прикрыв рот рукой, когда подменыш зашипел на меня.
– Черт тебя подери! – взвизгнул он, топнув ножкой. – Глупая, глупая девчонка! Зачем привела его обратно? Ненавижу тебя! Ненавижу! Нена…
Пока подменыш причитал, из-под его ног повалил дым. Извиваясь и корчась, он растворился в пелене дыма, выкрикивая проклятия, пока наконец не исчез.
Я позволила себе торжественно ухмыльнуться.
Мама опустила руку. Когда она повернулась ко мне, по ее глазам было видно, что она все поняла и ей было страшно.
– Ясно, – прошептала она, глядя на Итана. Она дрожала, лицо ее стало пепельно-серым. Она знала. Мама все о Них знала.
Я пристально на нее посмотрела. В голове возникали вопросы, беспорядочные, запутанные. Мама теперь казалась другой, хрупкой и напуганной, не той, какой я ее знала.
– Почему ты мне не рассказала? – прошептала я.
Мама села на диван, притянув Итана к себе. Он прижался к ней так, будто больше никогда не отпустит.
– Меган, я… Это было так давно. Я встретила его… твоего отца… много лет назад. И почти ничего не помню, это было похоже на сон. – Она даже не смотрела на меня, погрузившись в свои мысли. Я присела на край кресла, и она продолжила тихим голосом: – Я месяцами убеждала себя, что ничего не произошло. То, что мы делали, что он показывал мне, казалось нереальным. Всего одна ночь, и больше я его не видела. Когда я обнаружила, что беременна, то забеспокоилась, но Пол был так счастлив. Врачи говорили, что мы никогда не сможем иметь детей.
