– Бесподобно! – только и сумела выговорить я, глядя на эльфийскую принцессу в зеркале. – Меня не узнать. – В голове мелькнула мысль, и я нервно хихикнула. – Я же не превращусь в полночь в тыкву?
– Все может быть, если станешь досаждать тем, кому не стоит. – Леди Уивер отвернулась и хлопнула в ладоши. Тэнси и Кларисса, в простых белых платьях, с причесанными вьющимися волосами, появились как по мановению палочки. Я мельком разглядела у Тэнси под орехового цвета челкой маленькие рожки. Она держала мой оранжевый рюкзак двумя пальцами, словно боялась, что он ее укусит.
– Я попросила девушек постирать твою одежду, – сказала леди Уивер, оторвавшись от зеркала. – Оберон избавился бы от нее, но в таком случае мне же прибавится работы, поэтому я просто убрала ее в сумку. Когда Элизиум закончится, я заберу платье обратно, а ты сможешь снова надеть свои обноски.
– Хм, хорошо, – ответила я, забирая у Тэнси рюкзак. Я бегло осмотрела его: джинсы и рубашка сложены внутри, телефон по-прежнему в боковом кармане. На мгновение я подумала оставить его здесь, но передумала. Оберон может счесть это оскорблением и распорядится сжечь его без моего ведома. Все же он мой, и больше у меня в этом мире ничего не было. Смущаясь, я накинула рюкзак на плечо – этакая принцесса-деревенщина с ярко-оранжевым рюкзаком.
– Пойдем, – прохрипела леди Уивер, окутав шею черной прозрачной шалью. – Элизиум ждет. И еще, полукровка, я много трудилась над этим платьем. Сделай милость, постарайся не погибнуть.
Мы прошли по кустистому туннелю и вышли на главную поляну. Как и прежде, там было полно фейри, но атмосфера стояла более мрачная. Музыка играла проникновенная и резкая, фейри танцевали, прыгали и скакали в дикой пляске. Один из сатиров встал на колени за спиной у улыбающейся краснокожей девушки, провел руками по ребрам и поцеловал ее в шею. Две женщины с лисьими ушами окружили потрясенного домового, не сводя с него голодных глаз. Группа придворных фейри исполняла гипнотический танец, растворяясь в музыке чувственными, эротическими и страстными движениями.
Я почувствовал дикое желание присоединиться к ним, запрокинуть голову и отдаться музыке, не заботясь о том, к чему это приведет. На мгновение я закрыла глаза, чувствуя, как ритмичная, переливистая мелодия окрыляла меня, поднимая высоко-высоко. Дыхание захватило, тело покачивалось в такт музыке. Вздрогнув, я открыла глаза. Сама того не желая, я шагнула к танцующим.
С силой прикусив губу, я почувствовала привкус крови, и острая боль вернула меня в чувства.
«Соберись, Меган! Нельзя терять бдительность. А это значит не есть здесь ничего, не танцевать и не разговаривать с незнакомцами. Сосредоточься на том, что должна сделать».
Оберон и Титания сидели за длинным столом в окружении рыцарей и троллей Благого Двора. Король и королева расположились бок о бок, но упорно игнорировали друг друга. Подперев подбородок руками, Оберон оглядывал свой Двор; Титания сидела так, словно ей воткнули кол в задницу.
Пака нигде не было видно. Интересно, Оберон уже освободил его?
– Как тебе праздник? – спросил знакомый голос.
– Грималкин! – вскрикнула я, завидев серого кота, сидевшего на краю искусственного пруда, обвив лапы хвостом. Золотистые кошачьи глаза смотрели на меня с прежним ленивым равнодушием. – Что ты здесь делаешь?
Он зевнул.
– Да так, дремал тут. Похоже, будет интересно, решил остаться. – Поднявшись, он потянулся, выгнув спину, и посмотрел на меня искоса. – Итак, человек, как тебе жизнь при Дворе Оберона?
– Ты знал! – обвинила я его, когда он сел обратно и начал лизать лапу. – Ты с самого начала знал, кто я! Вот почему согласился отвести к Паку – рассчитывал шантажировать Оберона.
– Шантажировать, – сказал Грималкин, моргая томными желтыми глазами, – какой варварский термин. Тебе предстоит еще многое узнать о фейри, Меган Чейз. Думаешь, другие поступили бы иначе? Здесь всему есть своя цена. Спроси Оберона. Если на то пошло, спроси своего Пака.
Я хотела узнать, о чем это он, но в тот момент на меня упала чья-то тень, и, повернувшись, я увидела нависшую надо мной леди Уивер.
– Зимний Двор скоро прибудет, – сказала она скрипучим голосом, сомкнув свои тощие, как карандаши, пальцы на моем плече. – Займи свое место за столом, рядом с королем Обероном. Он потребовал твоего присутствия. Иди, иди же!
Вцепившись крепче, она повела меня к столу, где ожидали Оберон и лорды Летнего Двора. Взгляд короля был осторожно отрешенным, зато под полным ненависти взглядом Титании захотелось убежать и спрятаться. Стоя между этой дамочкой, похожей на паука, и королевой Благого Двора, я чуяла, что под конец этого вечера стану мышью или тараканом.
– Прояви почтение к отцу, – прошипела леди Уивер мне на ухо и подтолкнула к Лесному царю. Сглотнув, под суровыми взглядами знати я подошла к столу. Я не знала, что говорить. Не знала, что делать. Я словно выступала перед школьной аудиторией, но забыла слова. Молча моля о подсказке, я встретилась с пустыми зелеными глазами Оберона и неуклюже присела в реверансе.
