— Ничего, просто в голову пришла смешная мысль.
— Надеюсь, о вас самом.
— Представьте себе, что нет. Мне вспомнилась одна глупая крыса, которая сама искала дорогу в крысоловку.
— Действительно, смешно, — согласился Мерц, правда, лицо его осталось при этом серьезным.
Штайнер было повернулся, чтобы уйти, но лейтенант схватил его за плечо:
— Не забудьте про флаг. Это приказ командира.
— Не иначе, как он понадобился ему для собственных похорон, чтобы было во что завернуть, — огрызнулся Штайнер и направился к своим товарищам. Те сидели на земле на небольшом расстоянии от остальных.
— Ну, как там дела? — поинтересовался Шнуррбарт. В зубах зажата нераскуренная трубка. Щеки запали, на лице печать усталости. Не проронив ни слова в ответ, Штайнер сел рядом, прислонился спиной к забору и посмотрел на другую сторону улицы.
— Неужели мы пойдем в атаку отсюда? — с тревогой поинтересовался Керн.
Штайнер кивнул. Крюгер приподнялся на локте.
— Ничего у нас не выйдет, — заявил он без тени сомнения в голосе. — Здесь нам всем крышка, вот увидите.
— А вдруг нам повезет? — прошептал Мааг. Правда, по его голосу было понятно, что он сам не слишком-то в это верит.
Фабер не проронил ни слова. Он сидел, зажав между ног пулемет, и отсутствующим взглядом смотрел в землю. Неожиданно все словно по команде встрепенулись. Над их головами, причем так низко, что они едва не ощутили это кожей, пронеслись один за другим несколько тяжелых снарядов и с оглушающим грохотом разорвались на заводском дворе.
— Начинается, — прошептал Штайнер. Все дружно перевернулись на живот, слегка отвели доски в сторону и принялись наблюдать за обстрелом. Следующий залп пришелся по заводским корпусам. Стены в некоторых местах пошли трещинами, и вскоре само здание исчезло в клубах желто-черного дыма, которые затем начали медленно подниматься вверх. Да, толку мало, подумал Штайнер. Заводское здание оказалось на редкость прочным. Наивно было думать, что несколько дыр в стенах способны серьезно подорвать сопротивление противника. Его взгляд упал на черного жука, который заполз под забор и вскоре исчез в крошечном отверстии в земле. Штайнер сглотнул застрявший в горле комок. Эх, вот нам бы так, юрк — и сразу там! Ну почему мы такие огромные? Он уставился в землю, прекрасно понимая, что завидует жуку. Неожиданно ему вспомнилась Анна, и у него заныло в груди. Тем временем адский грохот над его головой продолжался. Снаряды тучей проносились над крышами города. Штайнер повернулся и увидел рядом с собой посеревшее от страха лицо Керна. Тот лежал на земле, губы его дергались, каска прижата к забору. Фабер сидел на корточках, держа в руках пулемет и закрыв глаза. Крюгер и Шнуррбарт смотрели сквозь щель в заборе на заводской двор. Лица их были напряжены, отчего казалось, что еще немного, и кожа на их скулах не выдержит и лопнет. Мааг был по другую сторону от него. На фоне бледной кожи веснушки на его лице казались застывшими капельками крови.
