Когда глаза привыкли к темноте, я смог рассмотреть свое прибежище — комнатушка была размером метра четыре на три, из мебели в ней была только койка у одной из стен, сортир в углу.
Глухая металлическая дверь, естественно, была закрыта.
Помимо этого руки мои были закованы в наручники.
Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять — это либо тюрьма, либо, что более вероятно, изолятор на территории «Волчьей Стаи».
Единственное, что я не понимал — почему и за что оказался здесь.
К слову, я вспомнил, как меня вырубил панцирник «Стаи», и это тоже вызывало вопросы.
Но мучился я недолго — не прошло и десяти минут с момента, как я очнулся, и за дверью что-то загрохотало, а затем она распахнулась.
На пороге я увидел человека, за ним стоял еще один, с фонариком в руках.
Стоящий у самой двери взял у второго фонарик и шагнул внутрь моей камеры. Дверь за ним тут же закрылась.
— Кто вы? — поморщившись от яркого луча, который человек направил на меня, спросил я.
Человек тут же развернул фонарик и осветил свое лицо.
— Уве… — я мгновенно узнал Рок Арана, — что происходит? Почему я здесь?
— Ты пытался убить наследника.
— Кто, я? Что за чушь? Мы сражались и…
— Я же говорил тебе, лорд Лэнгрин, избегать любых неприятностей.
— Я их не искал. Рикар пришел сюда сам и начал измываться…
— Свидетели говорят обратное — это ты его подначивал.
— Свидетели? Его дружки? — фыркнул я. — Странно, если бы они сказали иначе.
— Девушка-телохранитель утверждает то же самое…
— Не может быть…они ее заставили! — возмутился я.
Рок Аран никак не отреагировал на мое замечание.
— У нас мало времени, — заявил он, — очень скоро сюда прибудет твой отец. Он очень разозлен твоим поступком…
— Каким поступком? Я не собирался убивать Рикара.
— Я бегло просмотрел записи — ты собирался раздавить кабину его меха ногой.
— Я собирался уничтожить лазеры, из которых он стрелял по мне. Этот ублюдок не знает, что такое честь! Я подбил его! Его робот упал, а он продолжил стрелять. Пытался попасть в кабину и…
— Рикар и свидетели, наблюдавшие за сражением, утверждают, что когда тебе удалось сбить его мех с ног, ты подошел и попытался его раздавить.
— Чушь!
— Записи разговоров говорят об обратном.
— Что?
Вместо ответа Рок Аран включил запись.
— Ну что, Рикар, тебе понравился наш спарринг? — послышался мой голос.
— Ты, чертов ублюдок! Тебе просто повезло! — послышался голос Рикара.
— Это неважно, повезло или нет. Ты проиграл. Осталось прикончить тебя! — вновь зазвучал мой голос.
Рок Аран выключил запись.
— Это бред… — я сам не верил в то, что только что услышал. Этот разговор был совершенно другим. Я это не говорил, запись подделали!
— Кто?
— Я…не знаю. Но…
Рок Аран тяжело вздохнул.
— Скоро тут появится твой отец. Советую хорошенько подумать, что ты ему скажешь.
— Я сказал правду! — прорычал я. — Неужели вы тоже мне не верите?
Рок Аран молчал.
— Черт подери! — заорал я. — Поглядите бой! Там был момент, когда мех Рикара стоял на вершине, если бы я чуть подождал, он развернулся бы ко мне и я мог дать полный залп прямо по кабине. Ему бы пришел конец, без вариантов. Но я этого не сделал!
— Может, тогда ты просто не решился.
— Тогда нет, а потом резко передумал? Не стал использовать момент, когда все выглядело бы, как трагическая случайность, а вместо этого решил просто раздавить его на глазах у кучи свидетелей? Вы серьезно так считаете? — зло бросил я. — Думаете, я идиот?
— Нет, — покачал рок Аран головой, — я так не думаю.
— Тогда посмотрите бой, и вы все сами поймете! — предложил я. — И запись разговоров! Она поддельная! Я…
В этот момент дверь вновь открылась.
— Граф уже здесь, — заявил человек, стоявший в коридоре.
Рок Аран молча развернулся и покинул камеру.
Меня вели двое панцирников в полном облачении, и это при условии, что на руках моих все еще были наручники, а сам я выглядел так, будто угодил в аварию — умыться мне так и не позволили, так что лицо мое было в засохшей крови, одежда порвана.
Такое ощущение, что я неимоверно опасный преступник, который совершил такое злодеяние, из-за которого даже привести себя в божеский вид мне непозволительно.
Именно в таком виде меня и привели в небольшой кабинет, в котором меня дожидался отец.
Едва только мы остановились, отец, стоявший у окна и глядевший на улицу, бросил:
— Оставьте нас.
Панцирники молча развернулись и вышли из кабинета, закрыв за собой дверь.
Отец медленно повернулся ко мне. В глазах его я видел даже не злость, а ярость. Он буквально обжог меня ненавидящим взглядом.
— Говори! — приказал он.
— Что говорить? — спросил я. — Что я невиновен? Так ты мне не поверишь.
— Ты признаешь свою вину?
— Нет, не признаю. Я не пытался убить Рикара.
— Врешь!
— Я не пытался убить Рикара и не собирался с ним сражаться. Он сам нашел меня, сам предложил поединок.
— Ты провоцировал его!
— Ты отлично его знаешь. Он сам это начал.
— А тебе только это и надо было? — зло бросил отец. — Рок Аран рассказал тебе о наших планах, и ты решил все ускорить? Боялся, что я передумаю?
— Рок Аран? — нахмурился я. — Какие планы? О чем ты?
Отец несколько секунд вглядывался в мое лицо, а затем хмыкнул.
