Железный поток. Чапаев полностью

Таково художественное кредо Серафимовича — одного из основоположников социалистического реализма. Подобных эстетических взглядов придерживался и Фурманов. И он, задумывая «Чапаева», ставит перед собой вопрос: «Дать ли Чапая действительно с мелочами, с грехами, со всей человеческой требухой или, как обычно, дать фигуру фантастическую, то есть хотя и яркую, но во многом кастрированную?»

«Склоняюсь больше к первому», — записывает Фурманов в дневнике 19 августа 1922 года. Успех «Чапаева» и особенно «Железного. потока», признанного классическим произведением еще при жизни автора, доказывает правильность избранного писателями идейнохудожественного пути.

Историческая правда борьбы за социализм полна такого величия и такой духовной красоты, что художнику — социалистическому реалисту нужен лишь зоркий глаз и присущая природному таланту способность к идейно-художественному обобщению, не нуждающемуся в прикрасах.

Еще в 1918 году Серафимович точно формулирует творческие принципы, которым следует, начиная с первых шагов писательского пути. Молодой литератор Белощеков из рассказа «Черной ночью» (в нем нетрудно узнать самого автора) считает, что писатель призван жить «не за писательским профессиональным столом, не среди книг, не за разговорами».

— Жизнь, — говорит он себе, — там, где ее делают те, кого описываешь, делают ее, мерзкую и прекрасную, огромную и мелочную, подлую и великодушную. С ними нужно жить, с теми, кого описываешь, с ними и жизнь нужно делать…

Рассказ этот появляется в первом, майском номере журнала «Творчество» за 1918 год. А полгода спустя в статье «Маленькая картинка для решения больших вопросов» Ленин советует писателям неизменно находиться и — главное! — действовать «в массе и с массой, в настоящей гуще живой жизни».

Художественные принципы Серафимовича и Фурманова полностью соответствуют основным положениям ленинской эстетики искусства социалистического реализма с его коммунистической партийностью, подлинной народностью, бесстрашной правдивостью. Потому-то и пишет Ленин Серафимовичу еще в 1920 году о том, как «нужна рабочим и всем нам», то есть коммунистам, его литературная работа. В ней Владимир Ильич видит образец служения художника советскому народу, пример органической связи писателя с жизнью, действительностью, людьми труда и борьбы.

Серафимович и Фурманов едва ли не первыми из русских писателей следуют ленинскому совету. Они делают именно то, к чему Ленин еще летом 1919 года призывает художников: «наблюдать, как строят жизнь по-новому… в деревне или на провинциальной фабрике (или на фронте)». Здесь, по мнению Владимира Ильича, писателю легче, чем в столице, «простым наблюдением отделить разложение старого от ростков нового».

Тогда же, в брошюре «Великий почин», Ленин советует «всем… нашим писателям» проявлять «побольше внимания самым простым, но живым, из жизни взятым, жизнью проверенным фактам коммунистического строительства». К фактам этим Ленин относит опять-таки, по его образному выражению, ростки нового — «простые, скромные, будничные, но живые ростки подлинного коммунизма».

Серафимович самостоятельно, а быть может, и не без влияния бесед с М. И. Ульяновой, вооружающей ленинскими советами и указаниями правдистов, приходит к тем же эстетическим идеям. Крайне важны они для теории и практики социалистического реализма, призванного запечатлеть рождение, созревание и победу новых, коммунистических отношений между людьми.

Еще в декабре 1918 года под рубрикой «Впечатления», открытой «Правдой» для его очерков и корреспонденций, писатель публикует очерк «Политком», посвященный комиссару фронтовой части Красной Армии.