Мое облегчение от окончания полета было недолгим: спрыгнув с подножки, я пролетел несколько футов и шлепнулся в водоем со стоячей водой, доходящей мне до колен. Копыта погрузились в грязь, и я с воплем кинулся к ближайшему клочку земли, но обнаружил, что хороший и вроде бы сухой участок травы, на который я нацелился, тоже залит водой. Найдя пень, я осторожно устроился на нем, отряхивая копыта и осматривая окрестности.
Очевидно, мы приземлились посреди болота. Крошечные островки суши были окружены черной стоячей водой, из которой тут и там торчали засохшие деревья и стебли рогоза. В нескольких футах от нас над водой парила карета, а две лошади, которые ее везли, изящно примостились на камне. Окинув меня веселым и полуизвиняющимся взглядом, кучер покачал головой.
– Простите, мастер Робин, – сказал он. – Если бы вы подождали немного, я бы открыл дверь и предупредил, чтобы вы были осторожны.
– Не стоит беспокоиться. – Повернувшись, я одарил его широкой, зубастой ухмылкой. – Я могу занятно над тобой подшутить: каждый раз, как будешь выходить на улицу, обязательно наступишь в грязь – и так до конца твоих дней. Обычному фейри такое не под силу, правда?
Лицо кучера побледнело, и, разом посерьезнев, он, заикаясь, принес гораздо более искренние извинения.
Я почувствовал крошечный укол ликующего удовлетворения. Уже много-много лет я совсем не проказничал, возможно, пришло время напомнить всем, в том числе и Железным фейри, почему не стоит перебегать дорогу Плутишке Робину.
Углеед с плеском вывалился из повозки в воду, не замечая и не заботясь о том, что его сапоги промокли. Никс последовала за ним, только она грациозно спрыгнула с подножки и приземлилась на клочок сухой земли в нескольких футах поодаль. Порыв ветра откинул ее капюшон и разметал серебристые волосы. Мое сердце заколотилось, вызывая два противоречивых желания: тоскливо улыбнуться и бросить в нее ком грязи.
Оглянувшись, чуть в стороне я увидел вторую карету, светящуюся в темноте. В отличие от нашей, она приземлилась на сухом участке земли, небольшом, но достаточном, чтобы на нем смогли стоять двое. Эш помогал Меган выйти, а Грималкин сидел на камне в паре футов от них и деловито вылизывал свой хвост. На секунду мне показалось, что его шерсть стала вдвое длиннее обычного, распушилась, как будто только что прошла через отжим в сушильной машине. Потом я моргнул, или, может, лунный свет изменился, и кот снова стал казаться нормальным.
Со статическим треском кареты взмыли в воздух, распространяя вокруг себя искры и свет, и двинулись в обратный путь по болоту. Перескакивая с камня на камень, они пронеслись по земле, как две шаровые молнии, и через несколько секунд скрылись из вида.
Мы втроем прошлепали к правителям Железного Королевства и их маленькому сухому островку в центре трясины.
– Вот уж поистине прекрасное место, – прокомментировал я, когда мы с Углеедом в очередной раз провалились. Покрывающая мои ноги шерсть уже промокла, и я оставил попытки пробраться по сухому. В отличие от Никс, которой это каким-то образом удавалось. – Я так понимаю, мы все еще в Железном Королевстве?
– Да, – ответила Меган. – Это место называется Светящееся болото, и поблизости, по словам Грима, обитает оракул. Сначала придется перебраться в Дикий лес, но граница совсем недалеко. Возможно, немного промочим ноги.
Сидящий на старом пне Грималкин фыркнул.
– Говори за себя, Железная Королева, – пробормотал он и спрыгнул с пня на ближайший камень. – К оракулу вот сюда, – окрикнул он, рысцой труся по болоту с высоко поднятым пушистым хвостом. – Постарайтесь не отставать, а ты, Плут, не вздумай «случайно» обрызгать меня водой, если хочешь вообще добраться до места назначения.
Я хихикнул.
– Обижаешь, Пушистик, – насмешливо отозвался я, когда мы впятером двинулись вслед за котом. – Зачем мне вода, когда грязь гораздо интереснее?
Мы следовали за котом по лужам и небольшим участкам сухой земли. Болото было тихим, однако не лишенным звуков. В ушах стояло неумолимое жужжание насекомых, где-то в камышах трещали птицы. Время от времени неподалеку раздавался всплеск, и какое-то существо ныряло в темные воды, но всегда исчезало прежде, чем я успевал его разглядеть.
Никс скользила рядом со мной, грациозная и бесшумная, как тень. В нескольких шагах впереди шли Меган и Ледышка, а Углеед без устали шлепал по грязи, из его носа и рта валил уносимый ветерком пар. На меня нахлынула ностальгия, чувство узнавания: сколько раз я и два моих самых близких друга так же следовали за раздражающим Кайт Ши в неизвестном направлении? Обстоятельства могли быть самыми разными, менялись и наши союзники, но так или иначе, нас всегда было четверо – я, Меган, Эш и Грималкин. Мы снова и снова отправлялись на поиски спасения для всей Небыли.
И все же почему в этот раз ощущения другие? Может быть, потому, что другим стал
