Скрипнула дверь, на Ибаре, сделавшем шаг внутрь, тут же скрестились взгляды. Пакет, звякнув, опустился на пол.
- Вам нужно расслабиться. Пейте! Это приказ. Оставлять, а тем более брать с собой в экспедицию запрещаю! И без дебошей, а то ноги повыдёргиваю, - если кто-нибудь другой произнес бы последнюю фразу, то Табас решил бы, что он выражался фигурально. - Всё ясно?
- Так точно! – автоматически гаркнули пять глоток.
Ибар исчез. Бойцы сидели без движения. Самым любопытным оказался Нем – лысый здоровяк с белозубой улыбкой и пронзительно-голубыми глазами убийцы. Он сразу же подошёл к пакету и, открыв его, удивлённо присвистнул:
- Ай да горелый.
- Осторожнее, - буркнул Табас. - Услышит – останешься без рук.
- Глядите! – Нем пропустил реплику наёмника мимо ушей и достал из пакета две бутылки. - Мы ж тут в дрова упьёмся.
- Приказ есть приказ, - хохотнул Прут, смуглый амбал со свёрнутым набок носом. - Тащи сюда!
Люди оживились, из лавки тут же соорудили стол, расставили бутылки и разложили нехитрую закуску, родили стаканы и быстро разлили.
- Охренеть. Я не ожидал. Честно, - сказал Нем.
- Сам в шоке, - пожал плечами Табас.
- А ты давно с ним знаком вообще?
- Да не особо.
- Ну! – провозгласил Нем. - За успешное прохождение испытаний. Мы всё-таки пойдём в пустыню.
- Только неизвестно, хорошо это или плохо, - мрачно посмеялся Прут.
Алкоголь полился рекой. Разговоры, пьяные голоса, расплывающиеся лица. Обжигающая коричневая жидкость легко проскальзывала в горло, вызывая приятную истому. Табас расслабился, растёкся по дивану, как желе, и сидел, уставившись в одну точку, отдыхая от двух недель жары, песка и зверских тренировок, которые, даже несмотря на подготовку, дались тяжело.
Люди вокруг болтали, причём темы для разговоров были вроде как общими, но никто никого не слушал, предпочитая говорить самостоятельно.
- Ай! – стакан треснул в руке у Прута, который рассказывал, кто и как именно сломал ему нос. Из смуглой ладони на грязный пол полилась кровь. - Вот падла лысая!.. Санита-ар! – гаркнул он, изображая интонации Ибара после того, как тот ломал руку очередному проштрафившемуся бойцу.
- Сейчас! Сейчас! – тот самый пацан с лицом хорька, запомнившийся Табасу ещё по первому дню тренировок, отставил недопитый стакан и пулей слетал в свою комнату за сумкой с медикаментами, пока остальные пытались остановить кровь с помощью салфеток и старого покрывала с дивана.
- А он точно сделает всё правильно?
- Конечно, - кивнул Нем. - У него же медицинское образование. Правда, незаконченное и ветеринарное… Так, заткнись! – он убил в зародыше желание Прута выругаться и выдернуть руку. - Всё равно у тебя нет другого выбора! Да и я что-то не слышал, чтобы кто-то из ребят жаловался.
- Уберите вы эту хрень! – санитар, которого звали Мокки, вернулся и отодвинул в сторону ладонь с покрывалом. - Он так заражение крови получит. Или забеременеет, хе-хе. Дай сюда! – несмотря на то, что в плане выпивки Мокки был слабее всех и улетел ещё после первого стакана, рану Прута он сумел прижечь и перевязать очень быстро и профессионально.
- Молоток! – Прут притянул к себе спасителя, обхватив его за шею. - Голова! Руки! А? Умеет же!
- Умеет! – кивнул Нем. - Ещё как умеет. И руки у него золотые!
- Ага, - кивнул здоровяк, из объятий которого Мокки всё ещё не мог выбраться – лишь трепыхался, как пойманная курица. - Вот честно? А? Давай начистоту! Я вообще не знаю, как ты всё выдержал. Вот правда. Мы ж тут, как ни крути, что-то типа самых крутых парней. И ты, значит, самый крутой, хотя я думал, что ты одним из первых на больничный уйдёшь.
- Крутые? – усмехнулся Нем. - Я слышал, что Ибар говорил про пятерых самых злобных уродов.
Прут загоготал, выпустив всё-таки Мокки, который был красен, растрёпан и похож на подростка, пришедшего домой с ночной гулянки.
- А мне даже нравится! – Прут ударил здоровой ладонью по лавке-столу, заставив всё, что на ней стояло, подпрыгнуть. - Злобный? Ну да, - гордо подтвердил он. - Урод? Тоже есть немного!
- Ага, в актеры тебя точно не возьмут…
- А что это не так с моим носом? – набычился Прут.
- Всё отлично! – быстро нашёлся Нем. - Самый лучший в мире нос.
- Ты это мне тут… - начал было говорить здоровяк, но быстро запутался в словах и полез через лавку - бить лицо Нему.
- Спокойно-спокойно! – зазвенело стекло, что-то с грохотом упало на пол, несколько рук появились, будто из ниоткуда, как щупальца гигантского кальмара из-под воды, хватали за одежду, суетились. Прута всё-таки удержали. Табас смотрел на происходящее отстранённо, чувствуя, что его мозги выключаются.
- Не, ну а чё он? – бубнил здоровяк, пока Нем не протянул ему стакан и не сказал, сверкнув в полутьме белыми крупными зубами:
- Мир!
- Мир! – снова зазвенело, стаканы синхронно опрокинулись, послышалось шмыганье носами и кряхтенье. Табас с удивлением понял, что уже стемнело и люди ориентируются исключительно на звук и память.
- Хутта! Руба! А вы чего молчите? – громогласно спросил Прут, развеселившийся и настойчиво желавший сделать весёлыми всех остальных. - Ну-ка там не сачковать!
