Когда Греймур проморгалась, оказалось, что она стоит посреди спальни. Никаких призраков не было и в помине. Только тянуло холодом от окна, мигал на улице фонарь, который почему-то решил заработать, и искрила розетка, куда был подключён электрокамин. Едва ощутимо тянуло палёной пластмассой.
— Долбанная проводка, — пробормотала Анна и обхватила себя руками за плечи.
Лунатизмом раньше она никогда не страдала. Могут ли сиды приходить к кому-то во сне? А мёртвые сиды? Греймур с трудом подавила желание схватить телефон и позвонить шеф-инспектору Никласу О'Ши. Запоздало её охватило что-то, подозрительно похожее на панику.
Анна торопливо включила свет. Выдернула вилку электрокамина из оплавившейся розетки. И поняла, что никакие силы не заставят её снова лечь спать. От джина в голове не осталось и следа.
Остаток ночи она провела, завернувшись в плед перед телевизором. Вначале тупо и немигающе смотрела на брачные игры бегемотов, потом — на то, как мультипликационная мышь жестоко издевается над мультипликационным котом. Переключила на какой-то музыкальный конкурс. Проверила электронную почту на смартфоне и зачем-то — полицейские сводки. Никакие призраки не возвращались. Даже о Дэйве почему-то не думалось.
Где-то в районе ланча позвонил О'Ши. Его звонок разбудил Анну, задремавшую под бубнёж диктора экономического обозрения. Шеф-инспектор особого отдела был отвратительно бодр и, кажется, даже доволен жизнью. Он коротко сообщил Анне, что тело
нужно будет подготовить к передаче во вторник, с документами он разберётся сам.
Греймур осторожно уточнила, кому именно будет передано тело.
— Можете считать их её родственниками, — отозвался О'Ши. — Её опознали, она действительно с Другой стороны. Радуйтесь, что ваш техник оказался таким тонко чувствующим парнем, иначе нам пришлось бы отвечать на много неудобных вопросов. У сидов нет практики вскрывать своих покойников.
Анна поёжилась. Отвечать на неудобные вопросы ей не хотелось нисколько. Зато хотелось кофе с молоком и какой-то еды. Электрический свет в кои-то веки горел ровно, и это успокаивало. Греймур прикрыла глаза и сказала себе, что в вторник всё кончится, так и не успев начаться в полной мере.
Утро понедельника ознаменовалось телом трёхдневной свежести, выловленным в Грейне, и явлением на работу Пита Салливана. Тело имело признаки насильственной смерти, Салливан имел признаки тяжёлого похмелья, совместимы они практически не были, и работать пришлось Анне.
В секционной Дженсен шёпотом рассказывал стажеру о женщине, которую они заперли за металлической дверью холодильника. Работать ему это не мешало совершенно, и в какой-то момент Греймур и сама почти испытала облегчение, что на столе у неё всего лишь несвежий утопленник.
Они почти заканчивали, когда Анна случайно перевела взгляд на холодильники и вздрогнула. Призрачная фигура маячила в углу, платье и волосы шевелились, словно от ветра, огромные тёмные глаза смотрели на Анну в упор.
— У него руки в крови. Останови его. Я не смогла, я нарушила слово. Вода станет красной от крови, — Греймур отчётливо расслышала шёпот.
Как ей удалось устоять на ногах, Анна понятия не имела.
— Всё в порядке, мэм? — осторожно спросил Дженсен.
— Да, — ей пришлось до боли прикусить губу. Анна отстранённо подумала, что ни Дженсену, ни его стажёру из-за респиратора и защитных очков не разобрать сейчас её выражения лица, и это просто замечательно. Она не могла позволить себе падать в
обмороки за работой, это был бы просто вопиющий непрофессионализм, что бы там мисс Греймур не мерещилось.
Она снова украдкой глянула в угол возле холодильников. Тускло поблёскивал металл и кафель. Женщина с холмов пропала. Анна осторожно перевела дыхание.
Время тянулось медленно. Пришёл в себя и начал работать доктор Салливан, забежала Труди Ноймар, которой в конце концов передали дело утопленника, к ланчу привезли жертву автокатастрофы, ближе к обеду — застреленную девушку, совсем юную, почти подростка. Призрак больше не показывался. Однако в секционную даже Пит Салливан, чувствительный только к размеру премии, заходил с гораздо большей неохотой, чем обычно.
Спустя два часа хмурый детектив в мятом костюме привёл мужа застреленной для опознания. Тот выглядел подавленным и каким-то потерянным, как и полагалось бы выглядеть человеку, на которого внезапно обрушилось горе. Он тоже показался Анне очень молодым. Слишком молодым, чтобы хоронить жену.
Анна подвела его к столу, осторожно открыла лицо мёртвой. Призрак встал за спинами мужчин. Анна торопливо отвела взгляд. Сида выглянула из-за их плеч как будто бы с
любопытством, потом беззвучно и неслышно обогнула стол и встала рядом с Анной.
— Это она, — парень, которого детектив поддерживал под локоть, сглотнул и отвернулся. — Это Сьюзен.
— Смотри, — прошелестел призрачный голос в ушах у Анны. Прозрачная ладонь проплыла у неё перед глазами, и в какой-то момент Греймур показалось, что руки парня испачканы красным.
— Если бы я была жива, — шептала мёртвая сида, — вчера я бы стирала её одежду. Это кровь у него на руках, видишь?
