– Я выполню твою волю и долг перед расой – в память о нашей любви. Расскажи, что ты видишь во сне?
– Сеть Духов дрожит, но пока разрывы в ней невелики. Колебания охватывают лишь Воину, другие миры еще спят, как им и предписано. Желтые духи в беспокойстве, но пока у них нет цели, Пляска Смерти начнется не скоро. Я послала свои стрелы в наиболее опасных.
– Что это даст?
– Воитель будет думать, что в полной мере подчинил себе Предел, но многие части могущества останутся ему недоступны. Однако если он догадается о прорехах в своей силе, то легко сможет залатать их.
– Значит, надо, чтобы не догадался, пока не станет слишком поздно. Думаю, это можно обеспечить. Хоть одна радостная весть в это мрачное время.
– А что у тебя?
– Анлион парализован страхом. Высшие боятся действовать, чтобы не спровоцировать драконов. Криэйторы – чтобы не потерять свои и так небольшие силы на Воине. Драконы опасаются все испортить, так как они совсем не понимают, что происходит. Мы боимся все испортить, поскольку слишком хорошо понимаем, что происходит. Риттели боятся всего, как всегда. И пока все затаились в своих норах, и, дрожа, поглядывают друг на друга, Воитель в этой тишине идет вперед. Идет к своей цели, и никто не смеет его остановить.
– И что же дальше?
– Либо он дойдет туда, куда желает, либо кто-то сумеет победить свой страх, и вся розетта заполыхает в огне войны. Не знаю, что хуже.
– Ну а ты сам собираешься что-нибудь делать?
– О да… – король впервые рассмеялся. Хриплым, мрачным смехом обреченного. – Я еще не разучился играть в ланари, любимая. У меня есть план…
Море появлялось постепенно: узкая полоска темно-синей воды у горизонта, в которую ныряли умиротворенные облака, постепенно увеличивалась, расширялась, от нее веяло соленой прохладой. Море… Нет, не море – океан. И он звал за собой, манил вдаль, навстречу судьбе, навстречу новым приключениям, новым друзьям, новым испытаниям.
Айран вздохнула: «Как раз испытаний стоило опасаться. Не хватало еще одного паломничества красавиц из Огненного Гарема. Или что там еще маги придумают, фантазия у них явно богатая. Хотя поживем – увидим. Не стоит хоронить себя раньше времени, другие похоронят. Причем с превеликим удовольствием».
Оглядев свою маленькую компанию, она вздохнула снова: «Собрались полностью изменить Анлион. Вчетвером-то… Наивные молодые идиоты». Только теперь до нее дошло, сколь малы шансы на удачный исход, на то, что она вообще останется в живых. Но это не главное. Или главное? Опять запуталась. Не жизнь, а кошмар какой-то. Страшный сон – и почему-то нельзя проснуться.
– Вернуться бы домой… – едва слышно прошептал Айран. – Домой, на Землю, в привычную жизнь.
– Ты чего, Айран? – удивленно посмотрел на него эльф, благодаря острейшему слуху уловивший шепот Воителя.
– Ностальгия, – улыбнулся он. – Никогда не видел моря раньше. И вообще, много чего в родном мире я не успел увидеть. И уже никогда не увижу.
В этот момент что-то привлекло его внимание. Какое-то едва заметное движение исказило ровный бег океанских волн. Рэллмар проследил за взглядом своего сюзерена и чуть сдавленно вскрикнул:
– Старший!
– Какой еще старший? – Айран удивленно посмотрел на мертвенно побледневшего эльфа. – Что это за зверь?
Течение струй постепенно становилось все отчетливее, формируя некий силуэт, казалось, готовый распасться в любую секунду от случайной волны, но в действительности незыблемый, как гранит. Этот водяной рисунок был примерно размером с человека и имел похожие пропорции – уже можно было различить руки, ноги, два небольших водоворота образовали глаза…
– Старшие – это эльфы, которым более тысячи лет… – торопливо пояснил Рэллмар. – Они могут посылать свой дух в любую часть мира… Они очень мудры и опасны…
– Мудры и опасны… – задумчиво повторил Воитель. – А сюда, интересно, с какой радости заявились? Тебя, что ли, все еще разыскивают?
Совершенно не представляя себе возможностей этих «старших», Айран на всякий случай быстро создал прозрачный щит, поставив его перед собой и друзьями. Не то мало ли…
Силуэт обрисовался полностью и одним неуловимым движением восстал из воды. Без сомненья, это был эльф – но весь слепленный из полупрозрачной, эфемерной субстанции, отдаленно напоминавшей пену. В лучах рассвета его тело просвечивало розоватое сияние.
Шагая по волнам, словно по твердой поверхности, гость легкой, танцующей походкой приблизился к берегу. Каждое его движение сопровождалось едва слышимой музыкой. Остановившись там, где волны лизали песок, он выставил перед собой обе руки, показывая раскрытые ладони.
– Традиционный жест мира… – так же задумчиво прокомментировал Айран, снимая щит. – День добрый, старший. Или как вас называть?
Воитель кожей чувствовал, как напряжен стоящий рядом Рэллмар, как он пристально изучает своего старшего. И не доверяет. Так, а вот это уже интересно…
