Твёрдо кивнув сама себе, она повторила: «Сживу» — и, не оглядываясь, ушла обратно в зал. Ко мне интерес она потеряла. Я уж подумала в какой-то момент, что она узнала принца, увидела наш танец, и теперь потребует с меня отчёта. Но нет, она удивила.
Возможно, это и есть её настоящая цель? И что из-за них произошло? Связана ли с ними смерть её бабушки?..
Впрочем, это не моё дело. И сомневаюсь, что Лалли отважилась бы на такое.
Звон в ушах прошёл, и я вернулась в зал.
— Сегодня превосходный вечер, не так ли? Да будет всю жизнь здоров и радостен его высочество Майнар! — вдруг раздался незнакомый голос рядом.
Я развернулась и окинула взглядом высокого мужчину в такой же золотой маске, как и у меня. я на миг даже остолбенела, но сразу расслабилась. Да, золотая, но совсем другая, сплошная, с прорезями лишь для глаз и с щелью для рта. Маска странно усмехалась, словно наблюдая за всеми вокруг и делая какие-то свои выводы. Скорее всего, неприятные, нежеланные для других.
Совпадение, конечно же. Золотая маска — это вряд ли что-то редкое и неожиданное.
— Вы правы, — согласилась я.
— Впервые на балу? — полюбопытствовал незнакомец. Его голос из-за маски звучал глухо.
Он рассматривал меня очень пристально — настолько, что даже непристойно. Во взгляде светло-карих глаз не было огня, не было горячего интереса, как у Ингрена. Интерес был — но интерес холодный, сосредоточенный, рассудочный. И слишком открытый.
— Если вам угодно, то да, считайте, что первый, — уклончиво ответила я.
Незнакомец тут же уловил моё смущение.
— Простите мою бестактность, — примирительным тоном сказал он. — Это не имеет значения. В любом случае я рад, что увидел вас здесь. Вы можете называть меня Дарн.
Говорит так, словно бы уже встречался со мной, но я не могу припомнить ни такого голоса, ни такой стати. Если только мельком… Но я ранее не пересекалась со знатью, вхожей в королевский дворец.
— Приятно познакомиться, — склонила я голову. — Обращайтесь ко мне Лори.
— Вы кажетесь жемчужиной в объятиях золота — настолько вы красивы, — неожиданно проникновенно сказал Дарн. — Раз мы с вами оба оказались в золотой оправе, не окажете ли мне честь, подарив этот танец?
Сложно судить о внешности Дарна. Он был очень высок — выше Ингрена, и я едва дотягивалась до его плеча. Его тёмные волосы, заплетённые в косы, отливали медью. Одет он был богато, почти кричаще — ещё чуть-чуть, и перешёл бы грань.
Почти как Ардвин тогда, на моей свадьбе…
— Прошу простить. Я немного устала и хотела бы пропустить танец, чтобы отдохнуть. Не хочется нарушать нашу с вами золотую гармонию, но четвёртый танец подряд я не выдержу. Извините.
Дарна сбить с толку оказалось сложно. Его не смутила даже моя явная неотёсанность, которая бросалась в глаза на фоне царящего лоска.
— Понимаю. Что, если мы пропустим этот танец и просто пообщаемся немного? — В его голосе слышалась улыбка.
Да уж, предыдущие кавалеры были куда деликатнее. Но Дарн явно знал, что порой настойчивостью можно решить гораздо больше, чем самой изощрённой дипломатией, и это касается и общения с женщинами. О, он совершенно точно избалован женским вниманием, он привык нравиться. У меня на таких чутьё.
Но я, кажется, хотела повеселиться, насколько возможно. Ни к чему не обязывающая беседа с кавалером вряд ли испортит вечер. И отдохнуть от танцев действительно бы не помешало.
— С радостью проведу с вами время.
Кажется, даже маска его засияла от радости ещё ярче прежнего.
Дарн протянул мне руку и повёл в сторону от толпы. Свободных диванов не оказалось, и мы заняли место у стены. Мне подали бокал игристого золотого вина и попытались разговорить. Мало-помалу я отбросила беспокойство. Дарн теперь вёл себя более учтиво и говорил об отвлечённых вещах, что-то вроде последней прочитанной книги, последней услышанной новости, последнего снегопада в столице, который причинил жителям много неудобств… Но всё же было неуютно, хоть и совсем чуть-чуть. Причина тому — маска. Сложно воспринимать собеседника, когда видишь лишь бесстрастную личину без малейших эмоций. Из настоящего лица видны лишь глаза, и те холодны и внимательны, не более.
Речь Дарна лилась мягким ласковым ручьём, и я не сразу поняла, на какую щекотливую тему меня вывели.
— Это, конечно, неприемлемо, что такие варварские пережитки прошлого всё ещё живы на Миддуне, — убеждённо говорил Дарн. — Женщина тоже должна иметь право развестись с мужем, если жизнь с ним для неё невыносима. Поговаривают, на Садхароте женщина не может даже глаз поднять на мужчину, но даже там она может добиться развода, если её брак несчастливый. Наши семейные порядки давно пора пересмотреть. Жаль только, что не одно поколение пройдёт, прежде чем новые порядки укоренятся, ведь такие вещи принимаются народом с большим трудом. Что вы скажете, Лори?
Надо же, какой понимающий! Даже удивительно, насколько просвещённый.
А взгляд всё равно пронизывает…
— Согласна с вами.
— Мне кажется, что вы пережили нечто, связанное с этим. — Дарн придвинулся ближе. — Я прав?
— Отчасти. Именно по этой причине я не стремлюсь замуж, — слукавила я.
