– Какого-то пиратского судна, которое собиралось захватить его корабль, идущий из Индии, полным дорогими товарами. В двух словах: когда они уже поняли, что сближение и абордаж неизбежны, откуда-то появились два быстроходных фрегата с черным флагом и атаковали агрессоров. Они очистили дорогу для корабля дона Антонио и исчезли.
– Ничего себе…
– Это очень хрупкий нейтралитет между нами и Лукардом, основанный на его взаимоотношениях с Зорро и, как ты уже должна была понять, было бы очень глупо рушить его, не имея, в общем-то, никаких доказательств о преступной деятельности Армады.
Изабелла задумалась. Все, что сказал Рикардо, хоть и выдавая это в качестве собственных догадок, несомненно, соответствовало действительности и расставило около двух третей ее разбросанных мыслей по местам. Единственное, о чем Линарес не упомянул, это о том, что Зорро предоставляет Лукарду куда более важную услугу, чем просто контроль побережья. Однако то, что проектировщиком и строителем знаменитых фрегатов был его временный сосед по дому, Рикардо не могло бы привидиться даже во сне. Не говоря уже об интеллектуальном участии Зорро в морских сражениях.
А она знала.
Девушка непроизвольно улыбнулась и вдруг услышала характерное покашливание со стороны кухни. Кери приготовила обед. Линарес в третий раз подскочил с кресла, однако был остановлен метким взором и в безысходности развел руками.
Фрейлина приготовила ударное количество блюд и, захватив с собой маленькую мисочку с курицей, ретировалась в спальню. Все дальнейшие хлопоты взяла на себя Изабелла. И хотя она понимала, что ее брат знал что-то еще, необходимо было дать ему заслуженный отдых и наградить единением с едой.
Трапеза, как обычно, принялась на ура, но была немало омрачена тем, что Линарес то и дело с нескрываемой тоской смотрел на пустое место за столом, где в любое другое время обычно располагалась Керолайн. По окончании же пиршества он сам мужественно взялся отнести тарелки на кухню и попросил передать, что все было божественно вкусно.
Изабелла доложила все слово-в-слово, чем вызвала новый прилив краски к лицу подруги и решила во что бы то ни стало ко времени ужина привести фрейлину в боевую готовность для встречи с ее трубадуром.
Девушки провели почти три часа в своих спальнях в придумывании и заучивании текстов для Керолайн в ответ на любую возможную обращенную к ней фразу Рикардо, когда в дверь кто-то робко поскребся и тихим голосом попросил Изабеллу на минуту выйти в коридор.
Фрейлина тут же исчезла в своей комнате и высунулась обратно только когда ее подруга вернулась в помещение с подносом фруктов и закрыла дверь на ключ. Отвечая на немой вопрос, затаившийся в огромных блестящих глазах, Изабелла дословно передала речь брата, которая заключалась в том, что он сегодня может обойтись без ужина, потому что он хочет, чтобы Кери провела вечер в спокойной обстановке в комнате с подругой, а не на кухне в вечных хлопотах по приготовлению еды. Он же сам может перебиться фруктами и напитками, которые он и продемонстрировал Изабелле на вышеупомянутом подносе. Однако грустно взглянув на запертую дверь, Линарес передал блюдо в руки сестре и сказал, что Керолайн это нужнее, чем ему. Еще он сказал, что помыл посуду, чтобы Кери не перетрудилась сегодня и отдыхала оставшиеся часы до сна. А еще…
Изабелла не смогла договорить, потому что у Керолайн задрожали губы и она, рыдая в три ручья, выскочила в коридор, где тут же была поймана в нежные объятия и унесена на диван в гостиную. Ее подруга же так и осталась стоять посреди комнаты с подносом фруктов и застывшими на языке фразами для всех поворотов судьбы.
Осмотревшись по сторонам, Изабелла глубоко вздохнула и с оттянутыми к полу руками потащила поднос на кухню.
Сказать, что там царил полный хаос, значит, не сказать ничего. Сложилось ощущение, что по кухне не просто прошлось стадо слонов, а промчалась по кругу группа раненных бизонов, потому что одна часть посуды лежала на полу в виде многочисленных осколков, а вторая, видимо, для ускорения процесса сушки, расположилась равномерным слоем по всем горизонтальным поверхностям. Везде валялись полотенца и тазы, на острых выступах спинок стульев были повешены графины и бокалы, на печи жутким ершистым истуканом красовалась гора сковородок, а рядом с погребом были раскидан ворох веток и листьев от недавно извлеченных оттуда фруктов…
Если бы у Изабеллы не были заняты руки, она бы непременно схватилась ими за голову, однако все, что ей оставалось, это попытаться найти кусочек свободного пространства и пристроить туда свой ароматный натюрморт.
Керолайн хватит удар, когда она это увидит…
– Ой, всю посуду перемыл! – внезапно донеслось из-за спины.
Изабелла ошарашено повернулась назад и столкнулась с сияющим лицом подруги, восторженно глядящей на разгром в кухне и равномерный слой побитой посуды на полу.
– Я в зал, – передала ей поднос Изабелла и неслышно испарилась.
Кери была потеряна для общества бесповоротно…
