Изабелла обернулась и увидела ярко сверкнувший в лунном свете нож у себя над головой. Она дернулась в сторону, пытаясь вывернуться из державших ее оков, но ее силы были несоизмеримы с двумя мужчинами в форме. Стальное острие в последний раз блеснуло в глазах и исчезло из поля зрения. Кто-то быстро обхватил ее за талию и откинул на траву. Послышался странный приглушенный удар и звук рвущейся ткани. Изабелла увидела вращающееся звездное небо, два десятка лиц и темный облик над собой. Пробежав по нему судорожным взглядом, девушка остановилась на странной черной рукояти, словно бы зависшей в воздухе.
У него в плече нож! Он ранен! Он закрыл ее собой!
Что-то снова сверкнуло в темноте. Она увидела, как Зорро бросился к ней и, упав на колени, прижал к себе. Треск одежды – и вдруг ощущение глухого удара в обнимающем ее теле…
Изабелла завизжала и открыла глаза.
Дыхания не хватало, чтобы нагреть похолодевшую грудь. Темный потолок, каменные стены. И снова какие-то лица…
– О, наша спящая царевна проснулась, – врезался в сознание чей-то знакомый высокий голос.
Девушка мотнула головой и попыталась прийти в себя.
– С добрый утром, сестренка, – произнесла Фиона. – Прошу любить и жаловать – твой последний приют.
Изабелла обвела мутным взглядом закопченные стены. Наверное, Фиона ей мерещится. Правда, очень настойчиво.
Девушка попыталась поднять голову, но тут же опустила ее обратно. Это было в высшей степени невозможно.
– Думаю, ты все же имеешь право знать, что происходит, – не переставал зудеть голос сестры. – Хоть у нас и не так много времени.
Изабелла закрыла глаза. Настырная интонация продолжала одолевать ее со всех сторон.
Первым делом она доложила, что Изабелла находилась на тот момент в тех самых Пещерах, в которых уже имела удовольствие присутствовать на красочном ритуале несколько недель назад. Потом голос извинился за беспорядок, который здесь царил, но объяснил, что Пещеры так и остались заброшенными после взрыва, который устроил Зорро, а сегодня перестанут существовать окончательно, поэтому любые попытки восстановления были бы излишними.
Изабелла взяла себя в руки и попыталась осмотреться. Это, действительно, была Фиона.
– Надеюсь, ты меня внимательно слушаешь, потому что дважды я повторять не собираюсь, – произнесла принцесса и подошла к одинокому стулу неподалеку от каменного алтаря, на котором Изабелла себя и обнаружила.
Проклятое место…
– Вынуждена признать, ваш план был безупречен, – призналась Фиона. – Катрин превосходная актриса. Да и что скрывать: как женщина она тоже великолепна. Такой не стыдно и проиграть. Не то, что сопливой малявке вроде тебя. Познакомилась бы раньше с этой сеньорой Родригес, не переживала бы так на счет тебя и Зорро. К счастью, время все расставило на места и стало понятно, что единственная причина, по которой он помогает тебе, – его общие интересы с доном Алехандро. Враг его врага – его друг. Зорро в любом случае избрал бы сторону губернатора в его противостоянии с Монте. Ты же не более чем неожиданная обуза во всей этой ситуации, с которой им пришлось смириться. Хотя не буду преуменьшать их сообразительности: они нашли тебе применение и ты смогла быть им полезной в ряде случаев. Впрочем, это лирика, – очнулась Фиона и приложила к вискам тонкие пальцы. – Ты, наверное, смутно помнишь, а, может, не помнишь вообще, что Катрин ушла в сопровождении Зорро. Это было предсказуемо. Он слишком дорожит своей любовницей и имеет для этого все основания. – Принцесса криво усмехнулась. – Но в конечном итоге это оказалось палкой о двух концах. Он единственный мог бы распознать опасность в следующем шаге, потому что знает о населении Калифорнии намного больше, чем сам губернатор и все его помощники вместе взятые. Но, – девушка развела руками, – его уже не было в крепости.
Дойдя до своего места после представления и ухода Катрин, Изабелла буквально через пару минут снова находится на грани обморока: здесь вступил в действие единоличный план Фионы; и с этого момента принцесса распорядилась больше не упоминать имени Монте, потому что – она закинула ногу на ногу и доложила – офицер вышел из игры.
Ознакомившись со всеми "сюрпризами" от дома губернатора, каждый из которых перекрывал тот или иной его расчет, Монте отменил даже тот прекрасный замысел, который они выработали после провала с подрывом дома губернатора, и сообщил, что действовать сейчас было категорически нельзя. Более того – у него хватило наглости озвучить свои запреты принцессе Британии!
– Трусливый червяк! Позволил этой женщине втоптать себя в грязь! Мямлил, как курсант на первом балу! Она прилюдно унизила его! И не просто унизила, а сравнила с его заклятым врагом! Он же промолчал и поспешил спрятаться за чужие спины! Тряпка! – Фиона отдышалась от странной нездоровой вспышки гнева и продолжила. – Хотя, конечно, многие фразы Катрин были весьма и весьма опасны.
