Перед ней, распростершись на персидском ковре, лежал мертвый грабитель. Рядом с ним валялась его добыча — зеркало в серебряной раме, два золотых подсвечника и трость с набалдашником из слоновой кости, которая и попалась под ноги Джулии. У человека было грубое, небритое лицо. На его шее, прямо над небрежно повязанным платком, она увидела красные пятна, каких раньше ей еще не приходилось видеть. Она сразу же поняла, в чем дело. Этот человек умер от чумы!
Ее зубы стучали. Вся дрожа, она стала медленно продвигаться вдоль стены к выходу. Этого грабителя, безусловно, одолела та самая, характерная для этой болезни усталость. И он, не зная, что с ним происходит, хотел присесть в кресло и отдохнуть. Но чума свалила его на пол. Возможно, он отделился от своих товарищей и поднялся наверх. Они услышали грохот его падающего тела, также поднялись на второй этаж и, обнаружив своего мертвого товарища, бросились бежать со всех ног, прихватив добычу, собранную на первом этаже.
Ее чуть-чуть не вырвало. Зажав рот рукой, Джулия выскочила из комнаты и, облокотившись на лестничные перила, ждала, пока пройдет спазм. Затем внимательно осмотрела свою правую руку. Прикоснулась ли она к мертвецу, когда упала на пол? Она не могла припомнить этого. Однако она определенно касалась его своей одеждой и теперь должна немедленно избавиться от нее.
Она сорвала с себя одежду, сбросила с ног туфли. Наконец на ней осталась только короткая сорочка. Потом она бросилась вниз, на кухню, где имелась колонка. Набрав ведро воды, Джулия вымыла лицо и руки.
После этого она немного успокоилась. В конце концов, инфекция передается через дыхание и прикосновения, а она вряд ли коснулась этого человека рукой, когда упала на пол. Отойдя от колонки, она открыла ящик комода, вынула чистое полотенце и насухо вытерла лицо и руки, после чего села на скамью и стала обдумывать все происходящее. На кухне было очень уютно и тихо, на полке сияли чистотой медные кастрюли. Кухонная атмосфера действовала не нее успокаивающе, тем более что здесь она чувствовала себя почти как в Сазерлее.
Она стала продумывать план своих дальнейших действий. Труп необходимо удалить из дома сегодня же, когда ближе к вечеру появятся уборщики на своей телеге. Но если она обратится к ним, то власти запрут ее в доме. Она должна сообщить сторожу о трупе таким образом, чтобы он не подумал, что она живет в этом доме. У него не должно возникнуть подозрений, что она владелица такого богатого особняка.
Джулия поднялась на второй этаж и, стараясь ни к чему не прикасаться, прошла в свою комнату. Она переоделась в новое нижнее белье, а потом подобрала себе простенькое голубое платьице из хлопка. Все ее плащи были очень дорогими, но она вспомнила, что на кухне висит старый плащ, который служанки надевали, когда бегали на огород в плохую погоду. Натянув удобные туфли, она взяла с собой письмо Адама, справки о здоровье и вновь спустилась на кухню. Плащ оказался на месте. Она накинула его на плечи и не стала накрывать голову капюшоном, так как ее волосы были уложены в простую прическу.
Джулия вышла из дома, оставив там все как было. В такие Бремена нечего думать о богатстве. Если туда опять явятся грабители — что ж, ничего не поделаешь. Только бы Адам был жив и здоров. Если бы она нашла его мертвым в комнате наверху, то не захотела бы жить дальше. Неожиданно среди всего этого ужаса она поняла, что без его любви ее жизнь потеряет всякий смысл.
По дороге она подобрала свои вещи, но не стала надевать шляпу. Она хотела пробраться через задние ворота, которыми пользовались слуги, чтобы никто не заметил, как она выходит на улицу. Это ей не удалось, так как ворота оказались на запоре. Через решетку она увидела, что дом на другой стороне улицы украшает красный крест и возле него прогуливается сторож. Она отпрянула назад. Он не успел заметить ее.
Джулия выскользнула из главных ворот на улицу и присоединилась к немногочисленным прохожим. Никто не обращал на нее никакого внимания.
Пройдя небольшое расстояние, она остановилась возле ювелирного магазина и уставилась в пустую витрину. Товары отсутствовали. Дом был отмечен красным крестом. Она выразила на своем лице разочарование и взглянула на стоящего рядом сторожа.
— Теперь уже и полюбоваться стало нечем, — сказала она, стараясь подражать интонации сассекских крестьянок.
— В этом магазине уже никогда не будет красивых товаров, так как старый ювелир и его жена исчезли. Только слуги пока что заперты в жилом помещении.
— Исчезли? Вы имеете в виду, что они сбежали, как люди из дома напротив, которые оставили там одного мертвеца?
Сторож не стал объяснять ей, что произошло с семьей ювелира, и посмотрел на тот дом, о котором она говорила.
— Почему на воротах этого дома нет креста? Откуда вы знаете, что там труп?
— Я знаю служанок, которые работали там. Хозяйка в страшной спешке покинула этот дом!
