— Я услышала, как сверху хлопнула дверь, словно от сквозняка. Вначале я подумала, что кто-то вошел в комнату Алены, но потом вспомнила, что вы ее закрыли. Оставалась только Грета, она перестала стонать, но к нам так и не присоединилась…
— Грета, — требовательно постучала в дверь Жанна, — откройте, пожалуйста, это Жанна, мне надо с вами поговорить.
Из-за двери разлился поток нецензурной брани, чье краткое содержание сводилось к тому, что Грета предлагала всем оставить ее в покое. Ей что-то возразил едва слышный мужской голос.
— С кем она разговаривает? — нахмурилась Жанна.
— Либо с Евгением, либо с Калининым, он вышел на воздух.
Жанна повернулась к Гене.
— Вы сможете выбить дверь?
— Не вопрос, — тот расправил плечи и отошел на несколько шагов.
— Геночка, осторожней! — тут же залопотала Лида.
Гена резко бросился вперед и одним движением ноги выбил замок. Он едва не влетел внутрь номера Греты, с трудом зацепившись за косяк в последний момент. Анна, вошедшая в комнату вслед за ним, остановилась на пороге, завороженная увиденным. Комната выглядела так, будто по ней пронесся смерч. Вывернутые чемоданы, разбросанная по полу одежда, поверх которой валялось смятое одеяло. На полу виднелись следы разлитого компота, сверху все это было щедро засыпано ветками и листьями, в которых Анна, к удивлению, опознала веник из бани.
— Фигасе, хозяюшка, — присвистнул Гена, но тут же осекся.
Окно было распахнуто, а на подоконнике стояла Грета. Одетая в легкое платье, она дрожала, ухватившись руками за раму. Был отчетливо слышен голос Калинина, который разговаривал с ней, словно с неразумным ребенком:
— Почему это так тебя расстраивает, Грета?
— Потому что я его сделала королем, понимаешь? Он же самый крупный сейчас на рынке, а потом эта сука меня бросил, бросил! — Грета зашлась хохотом вперемешку с плачем. Анна бросила беспомощный взгляд на Жанну, но та лишь покачала головой, прикладывая палец к губам.
— Грета, зачем он тебе? — спокойно, не теряя присутствия духа, поинтересовался Калинин. — Ты же сама говоришь, что сделала его королем. Ты точно так же можешь сделать королем кого-то другого.
— Это мне говоришь ты? — Грета захохотала в истерике. — Да ты же меня презираешь. Наверняка думаешь, что я старая тупая алкоголичка-неудачница. Я знаю таких, как ты. Вы в женщинах вообще людей не видите. Так, способ удовлетворения различных потребностей.
— Я и правда так думал, Грета, — совершенно спокойно признался Калинин, а Лида ойкнула и прошептала:
— Что он такое говорит? Она же сейчас прыгнет.
Анна подняла руку, делая ей знак замолчать. Она сама с интересом прислушивалась к словам Калинина. Неужели этот самодовольный гений еще и неплохой психолог?
— Но я так думал только в самом начале нашего знакомства, а потом мне про тебя все рассказали, — будничным тоном продолжал Калинин.
— И что же тебе про меня рассказали? — неожиданно спокойно спросила Грета.
— Мне рассказали, что ты, оказывается, нормальная баба. Такая, о которой каждый мужик мечтает. И стол соберешь, и дом украсишь, и уют наведешь, и букет из сада притащишь.
— Да, я такая, — согласилась Грета и немного хвастливо добавила: — А еще я умная. У меня, вообще-то, высшее образование есть.
— Вот видишь, Грета, поэтому как я могу думать про тебя, что ты тупая? А то, что ты считаешь себя старой, так возраст — он для жизни не имеет значения. Это только так, для игр. Ты понимаешь, о чем я?
— Про Анжелику свою, — хихикнула Грета, а Анжелика возмущенно зашипела:
— Можно я ее подтолкну?
— Перестань, — внезапно осадил ее шепотом Гаврил. — Она же не в себе.
Анжелика затихла, а голос Калинина вдруг стал громче. Природа словно стихла перед бурей, давая возможность невольным заложникам сказать последнее слово перед тем, как разверзнется ад.
— Настоящие женщины они как вино, Грета. Настаиваются и с годами становятся только лучше. Настоящие женщины превращаются из юных прелестниц в умных, ироничных, мудрых. Они способны философски относиться к проблемам и наслаждаться жизнью несмотря ни на что. Понимая ее скоротечность и не портя ее мелочными придирками и ссорами. Они любят жизнь во всех ее проявлениях. В том числе в еде и в вине, почему нет?
— Да, вино я люблю, — согласилась Грета.
— Я тоже, Грета. Я сейчас поднимусь, зайду за тобой, и мы вместе пойдем в бар и напьемся. Как тебе такой план?
— Отличный, — хихикнула Грета.
— Тогда оставайся на месте, никуда не уходи, я поднимаюсь.
Калинин замолк, а Грета застыла на подоконнике, глядя на улицу. Лида сделала инстинктивное движение, чтобы бежать к ней, но Жанна выставила руку, преграждая ей путь. Следующие мгновения были одними из самых долгих в жизни большинства присутствующих. Наконец на лестнице послышались размеренные шаги Калинина. Он поднимался медленно, словно никуда не торопился. В полной тишине он подошел к комнате Греты. Стоящие возле входа гости инстинктивно попятились, давая ему возможность пройти. Поправив шарф, он кивнул Анжелике, тихонько насвистывая знакомую мелодию, подошел к окну и протянул Грете руку:
— Пойдем напьемся, Гретхен, только окошко прикроем, а то холодно.
