- И это скользкое чудовище ты собираешься есть? - брезгливо скривилась девочка.
- Мы собираемся.
- Нет! Ни за что я не стану есть этот ужас, - решительно заявила девочка.
Но вскоре уже жадно глотала слюну, наблюдая как аппетитно шкварчит капающий в костер жир с поджаривающихся кусочков.
Ели они жадно и молча. Девочка без сомнений протянула худенькие ручки к следующему поджаристому кусочку.
- Сколько тебе лет, Нарими? - сыто отвалившись, спросила Кариба.
- Восемь.
- А выглядишь ты на пять. Ты очень маленькая.
- В шатре наложниц детям-девочкам можно было есть, только когда сами женщины были сыты. Вождю не нужны были девочки. Из мальчиков можно было вырастить воинов, а девочки - это ненужный груз для лошадей во время перехода. Мне еще очень повезло, мама меня очень любила и заботилась обо мне, пока была жива. Она и несколько других наложниц были родом из племен, живущих у теплого моря. Она говорила, что там любят всех детей, не делая различий, как думаешь, такое возможно?
- Ну, конечно, возможно.
- Я бы хотела жить в таком месте. Мне каждую ночь сняться те младенцы-девочки, которых наложницы вожака и других сильных воинов бросали в степи, когда пора было перекочевывать на новое место. Многие из них не хотели этого делать, но мужчины заставляли их.
Кариба с ужасом слушала Нарими. Ходили слухи, что степняки подобным образом поступают с детьми, но Кариба всегда думала, что это просто досужие вымыслы, просто помогающие создать образ ужасного врага.
- Сколько тебе было, когда не стало мамы?
- Шесть. Вожак однажды потребовал её свой шатер. Он был в дурном настроении, и все замерли, слушая ночью её крики. А утром она не вернулась. Раньше всегда возвращалась, долго плакала и не могла подняться, а тогда не вернулась, - девочка смотрела прямо перед собой, и лишь одна слезинка скатилась по её щеке. - Такое и раньше бывало, когда наложницы не возвращались. Но моя мама говорила, что ей это не грозит. Она ведь долго была его любимой наложницей, и с ней он редко бывал слишком жесток. Но в то утро она больше не пришла.
- Как же ты выжила? - хрипло спросила Кариба, проталкивая удушливый ком слёз в горле. Девочка почти беспечно пожала худенькими плечиками.
- Помогала другим женщинам. За это мне позволяли иногда есть и ночевать в шатре наложниц. Мне, конечно, поручали самую грязную и тяжелую работу, а доставались лишь объедки, но я же жива, - и девочка ярко улыбнулась сквозь слёзы и посмотрела в глаза Карибе такими недетскими серьёзными глазами.
Кариба порывисто обняла девочку.
- Я не брошу тебя, маленький котёнок! Верь мне! Никому больше не дам в обиду и не оставлю!
Девочка доверчиво прижалась к ней.
- А когда появится твой дракон? Он ведь не захочет, чтобы я была рядом с тобой.
- Я с ним договорюсь. Теперь не будет, как раньше. Теперь мы будем говорить и договариваться. Все должно измениться.
Вскоре они собрали остатки запеченной рыбы и сложили все в седельные сумки. Куда идти они не знали, так как эта местность была совершенно незнакома Карибе, так что просто двинулись вперед, вверх по течению ручья, надеясь выйти на какое-нибудь поселение. Кариба точно знала, что в предгорье много племен, и они уже давно считались дружественными драконам, после того, как Раэм объединил Дараисс. Их лошадь успокоилась и отдохнула, поэтому шла довольно бодрым шагом.
Местность вокруг медленно менялась. Уже привычные высокие светлоствольные деревья становились более редкими и странно искривленными. Цветов и травы было все меньше. Все чаще появлялись голые проплешины с почвой белого цвета. На этих проплешинах каплями крови смотрелись ярко красные крупные цветы на тонких, похожих на серую стальную проволоку стеблях. Листьев на стеблях не было, и цветы выглядели как искусственные, так, словно кто-то просто натыкал их в бесплодную белую почву. Мелкие животные и птички тоже попадались все реже. А вскоре и вовсе пропали. Тягостная тишина повисла вокруг. И еще странный, ни на что не похожий запах то и дело касался ноздрей Карибы. Нарими тоже явно к нему принюхивалась.
- Мне тут не нравится. Может, повернём назад? - ближе к вечеру робко спросила она.
Кариба тоже уже понимала, что заехали они куда-то не туда.
- Давай тогда устроимся на ночлег, а завтра поедем обратно. Будем искать другую дорогу. Не бойся, мы не пропадем, Нарими.
- С тобой я ничего не боюсь, госпожа.
- Не называй меня так, маленький котенок. Я Кариба, просто Кариба.
Девочка кивнула с загадочной улыбкой.
Но стоило им только спешиться и расседлать лошадь, как странный запах, преследовавший их весь день, резко усилился. Видимо, лошадь с более слабым, чем у них, обонянием тоже ощутила его и, заметавшись с безумными глазами, побежала прочь. Нарими пыталась её догнать, но безуспешно.
- Спокойно, мы найдем её завтра, когда она успокоится, - сказала Кариба. - Скажи, ты тоже чувствуешь этот запах, котенок?
- Да, и от него мне хочется обратиться и бежать со всех ног! Что это, Кариба?
- Я не знаю. Никогда с таким не сталкивалась.
