- Мы на нем сидим. А я и так обсохну. Ты только отвернись, я плавки отожму, - фыркнул я, окончательно войдя в роль неустрашимого мачо, который от бедра стреляет, по крыше поезда бегает и , конечно, не кутается в плед, как отступающие солдаты Наполеона.
Алена послушно отвернулась, и я чувствовал, что она готова сгрести с нашей скатерти –самобранки еду и таки замотать меня пледом. Я выкрутил плавки, однако, это мало помогло, и холод, кажется, во время купания пробрался до костей.
- Ну хоть оденься?!
- Ну хоть оденусь, а ты мне кофе сделай.
И несмотря на то, что у меня зуб на зуб не попадал, в душе все мои тараканы смирились с неизбежным и сейчас дружными рядами уходили куда-то в тень, освобождая место для настоящей эйфории.
Мы перекусили, и Алена стала настаивать на возвращении. Я видел, что она почти не ест, нервно поглядывает на меня, явно порываясь укутать меня.
Однако, как она ни пыталась меня поторопить, вернулись домой мы уже чуть ли не под вечер.
- Сава, немедленно горячий душ. Хорошо бы, конечно, и внутрь тоже что-нибудь горячительное. Но ты ж за рулем.
- Слушаюсь, мой генерал, - я шутовски взял под несуществующий козырек, отсалютовал и отправился в ванную.
Подставляя тело под обжигающие струи, я сгорал от желания видеть Алену рядом с собой. Как она гладит мою спину своими нежными пальчиками, прижимается ко мне, обхватив за талию. Дух замирает, настолько мои фантазии взрывают мой мозг своей реальной осязаемостью.
Чтобы не увязнуть в этих мечтаниях, выключаю воду и вытираюсь. Надеваю спортивные штаны и ловлю себя на мысли, что я приучаю Алену к своему телу. Соблазняю?! Да, наверно. Покрасоваться мне есть чем.
- Что приготовить на ужин? – спрашивает Алена, погладив взглядом меня.
«Себя», - продолжаю мечтать, но, слава Богу, не вслух. Однако мысли материальны. Наблюдая, как Алена хлопочет у плиты, я незаметно поправляю стояк, который тут же возникает на воображаемый видеоряд – как, в каких позах я ее беру.
И нахожу решение. Откупорив вискарик, я потихоньку прикладываюсь, не дожидаясь ужина.
А в духовке уже соблазнительно шкворчит запекаемая курочка, на плите варится гречка, но слюноотделене у меня вызывают не они.
Я пропускаю еще одну порцию, закусив тонким ломтиком сыра, и ловлю настороженный взгляд Алены. Она нервничает. Понятное дело – я выпил и следовательно, за руль не сяду. Вызову водителя? Такси? Или остаюсь здесь, сделав вид, что забыл про ревнивую Лори?
И от этого в меня прямо бес вселяется – не спешу известить ее о своих планах.
Я понимаю ее настороженность, но не спешу озвучивать свои планы. Пока она хлопочет, по чуть – чуть опустошаю бутылку, а когда она вышла на минутку, я, не жалея дорогого напитка, примерно с бокал вылил в раковину, смыв водой «следы преступления». Пусть видит, что я уже дохожу до кондиции.
И мой замысел удается. Заметив, что вискарик наполовину оприходован, она перевела растерянный взгляд с бутылки на меня, очевидно, догадавшись, что я не намерен никуда уезжать.
Что за мысли бродили в этой хорошенькой головке, могу догадаться. Однако она, как примерная жена, из разряда «Степфордских», которые запрограммированы только на то, чтоб ублажать мужа и угождать ему, промолчала.
Поглядывая на меня, она быстренько накрыла на стол. Любовался ею и кайфовал – ее красноречивые взгляды выдавали с потрохами желание остановить мое алкогольное погружение.
- Ммм, божественно! – Промычал я, вгрызаясь в аппетитную куриную ножку. – Очень вкусно.
- Я рада, что тебе понравилось, - Алена ответила с улыбкой, но беспокойство от этого не стало менее заметным. Оно и понятно – официального повода находиться вместе нет, но и расползаться по спальням, как чужие, тоже не вариант.
Я сидел, вальяжно развалившись на стуле, изображая всем своим видом полное отсутствие присутствия. Алкоголь слегка расслабил меня, но четкого контроля лишить не мог. Я наслаждался неловкостью, которую испытывала Алена. Злость и обида успокоенной коброй отползли куда-то далеко. А дикое желание обладать своей потерянной любовью с каждой минутой усиливалось, как пламя, на время притушенное и вновь разгоревшееся от дуновения ветерка.
Я дождался, пока Алена уберет со стола, помоет посуду и задаст хоть какой –нибудь вопрос. И дождался.
- Сава, ты слишком много выпил. Ты сам хоть поднимешься на второй этаж? Или тебе здесь постелить?
- Заботливая ты моя… Конечно, сам. Я все всегда сам, - заплетающимся языком я усыпил ее внимание.
- Ну тогда спокойной ночи? Пойду учить французский.
- Ученица ты моя, - уже не стесняясь, называю ее «моя» и от этого так становится тепло, будто все становится на свои места… Сегодня я себе это разрешаю. В конце концов, день рождения у меня, и я хочу свой подарок. «Моя», - повторяю про себя еще раз и кайфую.…
