- С ней? Планы? - хмыкнул Луиджи Верутти. - Нет! Но у нас есть на примете очень высокопоставленная особа, имеющая дочь. Если готов обменять простолюдинку на истинную аристократку, то ты получишь такие возможности, которые тебе и не снились.
- А если не готов?
- Значит, ты не просто дурак, а идиот. Или думаешь, что я выпущу твою крестьянку живой из замка? Нет!
- Да, сын, - поддержала его донна, - Твоя большая ошибка, что привёз эту бабёнку сюда. Если не хочешь договариваться по-хорошему, то пожалей хотя бы девочку… Да какая это "девочка"! Никчёмная присоска к нашей фамилии!
- Кто хоть пальцем… - явно заведясь от недвусмысленной угрозы, хотел было возмутиться мой муж.
- Подожди, дорогой, - перебила я его и подошла к мамаше, сунув под нос женщины перстень сестры императора. - Донна Верутти, хотите проверить, кто сильнее? Эта безделушка, дарованная мне лично Её Высочеством донной Марией Селенской или ваш апломб? Давайте поиграем в такую смертельно опасную игру. Жизнь на жизнь! Хорошая ставка?
- На всякий случай сразу убираю глупые вопросы, - поняв мою тактику, быстро среагировал Ищейка. - Перстень настоящий. Можете проверить по своим каналам. Мы не самоубийцы, чтобы так блефовать.
- Вижу… - сквозь зубы процедила поражённая мамаша. - Гравировку с гербом Селенских ни с чем не перепутаю. Вряд ли найдётся полоумный, чтобы подделать её. Но откуда?!
- У нас, у крестьянок, - продолжила я давить на обоих Верутти, убирая вежливое обращение, - есть свои секреты. Ни ты, ни твой муж пока не доросли до них. Повторяю свой вопрос. Готовы мериться силой с перстеньком? Итог противостояния мне известен, просто не знаю, где вас лучше хоронить.
Гробовое молчание повисло в комнате. Родители Марко не ожидали такого развития сюжета и элементарно зависли, не в силах вымолвить ни слова. Зато у Марко их было предостаточно.
- А я ведь когда-то любил и почитал вас, - грустно признался он. - Вы не представляете, насколько тяжело мне далось ваше предательство. Хотел встретиться, объясниться… Безумно хотел! Теперь же, когда представился случай, вдруг ощутил себя свободным. Подавитесь своими титулами и регалиями. Золотом, знатностью и прочим подавитесь! Я отрекаюсь… САМ отрекаюсь от рода Верутти. Быть рядом с женщиной, которой доверяю полностью, с которой разделяю одни и те же ценности, намного важнее.
Да! Анна не родит мне наследника с Даром! Но буду ли я любить её и своё дитя меньше? Никогда. Лучше умереть простым Ищейкой портового городка, чем превратиться в холодную ящерицу. Нет. Такой участи ни себе, ни своей семье не желаю. Какие же вы все убогие… Готовы ради своих интересов лишить сына счастья, а его жену - жизни. Забудьте, что я когда-то хотел снова стать Верутти. В такое дерьмо больше вляпываться не намерен. Пойдём, родная… Здесь нам больше делать нечего.
- Стоять! - зло воскликнул Луиджи. - Я тебя не отпускал!
- Ты можешь остановить нас, отец? - саркастически усмехнулся Марко. - Попробуй. Но помни, что на кону стоит расположение к тебе императорской семьи. Взвесь за и против, прежде чем отдать приказ своим воинам.
- Я… Нет! Сына у меня больше нет! Совсем! Марко! Это было в последний раз, когда мы разговариваем! Я запрещаю тебе появляться в землях Верутти! На коленях, недостойный, умолять будешь, но я сдержу своё обещание!
- Правильное решение, - спокойно произнёс муж и вышел из комнаты, ведя меня под руку.
Снова идём по роскошным коридорам. Только теперь они у меня ассоциируются не с богатством, а… Словно выбираюсь из склепа. Здесь нет ничего человеческого. Почему-то пришли ассоциации с нищими пропойцами, которых я натравила на бесчестного хозяина гостиницы. Такие же упыри. Просто одни имеют власть и возможности, а другие злятся, что не имеют ничего. Суть же их душонок одна: эгоизм. Хотя… Нищие всё-таки намного человечнее выглядят, пусть и воняют жутко.
Муж после своей пламенной речи снова замкнулся в себе. Понимаю. Такая душевная травма от предательства собственных родителей бесследно пройти не может. Пусть Марко переварит всё в себе. Ему это надо.
Я тоже сталкивалась с подобным, ещё будучи Венерой из другого мира. Очень больно осознавать, что тебя ни в грош не ставят. Что ты не любимый ребёнок, а марионетка. Я тогда долго не могла очухаться, несмотря на стройные логические цепочки в голове. Бывало, просыпалась среди ночи и лупила в бессильной ярости кулаками в стену:
”Мама! Папа! Почему?! Я же ваша дочь, а не собачонка приблудная!” - глотая слёзы, шептала, мысленно обращалась к ним.
А в ответ тишина… Нет родителей. Они очень далеко. Наслаждаются своими фальшивыми идеалами в тёплых странах, вычеркнув меня, как неудавшийся эксперимент, не принёсший прибыли. Жуткое чувство потерянности. Марко сейчас ощутил его сполна.
Вопреки моим опасениям, нас никто не остановил. У входа уже стояла родная карета. Влетев в неё, беспрепятственно покинули вотчину Верутти. Марко продолжает молчать. Мне кажется, или на его щеках видны слёзы?
