— Это птицы, пение которых успокаивает нервы, — пробормотал Дэй, рассматривая яйцо. — Обычно дудукского соловья разводят в лечебницах и здравницах. Он успокаивает тревожных пациентов.
У меня на языке вертелось много слов, которые я хотела бы высказать Лоренцо, но среди них не было ни одного цензурного. Поэтому я стояла и жевала собственный язык. Он решил подарить мне яйцо птицы, пение которой успокаивает истеричек?! Засунуть бы ему этот подарок…обратно в коробку!
— Алекс, хватит сверлить это яйцо таким ненавидящим взглядом, — рассмеялся Дэйрон, увидев мое лицо. — Люди годами ищут эту птицу, чтобы успокоить душу. Покой и душевное здоровье не купишь даже за самые ценные драгоценности мира, — вздохнул он. — Из яйца может вылупиться птенец, если будешь ежедневно подпитывать его магией, — вернул мне мой «подарок». Ага, вот пусть Лоренцо его и высиживает... — Обращайся с ним осторожно.
— Ладно, — пожала плечами я и спрятала яйцо в одну из своих шкатулок. Дэйрон подарил мне туалетный столик, куда я могла складывать все свои женские мелочи. — Успокоение мне сейчас не помешает, — вновь начала нервничать я, вспомнив о предстоящем представлении двору. — А знаешь, что нужно для того, чтобы успокоиться? Клятва верности от твоих братьев, — расплылась в улыбке я и покосилась на Гарда, который притворялся мебелью. Хранитель объяснил мне, что лучшей гарантией безопасности будет клятва на крови от моих обидчиков. После нее можно будет не опасаться пакостей с их стороны. Дэйрон оказался далеко не дураком и тоже посмотрел на песика.
— Вот откуда уши растут. И давно вы спелись? — посмотрел на каждого из нас по очереди.
— Я всего лишь просветил Имани о том, как лучше поступить, — ничуть не смутился Гард. — Это моя обязанность, Хозяин.
— Алекс, в этом дворце с тобой больше ничего не случится, — пока я смотрела на свое отражение в зеркале, Князь подошел сзади и обнял меня за плечи. — Держи спину прямо, отвечай односложно, а лучше молча кивай. Никто не посмеет выказать тебе неуважение. Если что-то пойдет не так — не реагируй. Предоставь мне решать все проблемы и получай удовольствие от происходящего, — Дэйрон поцеловал меня в макушку и приказал слугам войти. Они внесли в спальню шикарное красное платье. Я бы назвала его одним коротким словом — «королевское».
— А разве Княгиня Тьмы не должна носить темные наряды? — удивилась я, глядя на разложенную передо мной красоту. Не верилось, что эта роскошь предназначается мне. Я в своей жизни в глаза не видела таких невероятных тканей и украшений, не говоря о том, чтобы примерить их.
— Моя Княгиня должна носить то, что я хочу на ней видеть, — промурлыкал Дэй мне в ухо.
— Ладно, пусть будет по-вашему, — я погладила мужа по щеке.
С его помощью я надела предложенное платье. Сделала вид, что не замечаю голодного взгляда карих глаз, которым Дэй поедал меня, стоило представить перед ним в новом облике. Все как в музее: можно смотреть, любоваться, восхищаться, но руками не трогать. Это правило было бы полезно усвоить и лордам Тьмы.
Я посмотрела на свое отражение в зеркале, и настроение моментально испортилось. Из отражения на меня смотрела совершенно чужая женщина. Знатная, благородная и статная. Даже с заколотыми на темечке волосами Алессандра выглядела по-королевски прекрасно. Ее темные, слегка подкрученные у кончиков волосы имеют благородый вид. Высокий рост, идеальная осанка, большие темные глаза. Она будто создана для того, чтобы быть женой Князя.
— Идеально, — мурлыкнул Князь, появившись за моей спиной. А что бы он сказал, увидев меня настоящую — невысокую блондинку с хрупкой фигурой?
— Ты мне льстишь, — с напряжением натянула на лицо улыбку.
— Вовсе нет. Ты всегда прекрасна, — в отражении появился Дэйрон. Вырос за моей спиной и приобнял за талию. — Моя Имани, — ткнулся носом в волосы и втянул воздух. — Моя жена…
— Седьмая, — напомнила я, наблюдая за ним.
— Не напоминай, — скривился Князь, как кот, которому в миску с лососем подсунули тухлый кусок. — Поспешим, — он дал знак слугам, и те принялись колдовать над моим лицом и волосами. Это заняло совсем немного времени, но мне показалось, что на меня вывалили килограмм косметики. Лицо буквально стало покрыто «штукатуркой». Черты лица выровнялись и стали кукольными, неживыми. Кожа изменила тон на пломбирно-розовый, губы исчезли, скрывшись под пудрой. Откровенно говоря, жуткое зрелище. Я похожу на привидение из триллера.
— Тебе не нравится? — заметил Дэйрон мою реакцию. — По-моему, неплохо, — хмыкнул он, рассматривая мой грим.
— Странная у вас здесь мода, — призналась я. — Но, если ты доволен, то я не стану возражать.
— Алекс, — с нажимом произнес Князь, — что не так? Скажи, и слуги исправят, — кивнул на девушек, которые стояли с низко опущенными головами, будто ожидали наказания. Бедные, полностью зависимые от капризов господ.
Вообще, мне не нравится всё. Абсолютно всё. Это даже макияжем нельзя назвать, больше смахивает на театральный грим.
