Хелен даже не успела ответить: портниха потащила ее за собой и привела в небольшую гостиную. В голове у Хелен теснились самые разные мысли: во-первых, миссис Коутс, без сомнения, уже рассказала о новых постояльцах всей деревне, во-вторых — у миссис Хеммингс совершенно ужасный вкус, хуже некуда, в-третьих — полный кавардак в гостиной не сулит ничего хорошего и красноречиво свидетельствует о качестве ее работы, и, наконец, напрасно она связалась с мистером Дарси и согласилась участвовать в его безумных авантюрах.
— Вам придется извинить меня за беспорядок в мастерской и примерочной, — сказала миссис Хеммингс без тени смущения, — у меня не было ни малейшей возможности привести их в порядок. Хорошо еще, успела прибраться в гостиной, после того как Мэри Коутс забежала вчера вечером и сообщила о вашем приезде.
У Хелен возникло острое желание немедленно повернуться и бежать без оглядки. Если нынешнее состояние гостиной является результатом уборки, на что же тогда похожи остальные помещения в доме?! Однако она подавила свой порыв и послушно последовала за портнихой в так называемую мастерскую.
На пороге не слишком просторной комнаты Хелен в изумлении остановилась. Ее глазам предстало странное зрелище. Два потрепанных манекена, несколько разрозненных стульев — один с продавленным плетеным сиденьем, другие завалены старыми журналами “Ла белль ассамбле” и “Лейдиз мансли мьюзием”, причем кучи так угрожающе высоки, что, казалось, того и гляди рухнут на пол; на столах валяются папки, набитые, по всей видимости, счетами клиенток вперемешку со старыми выкройками, несколько пар ножниц, масса катушек и шпулек и подушечек для булавок. Повсюду стояли коробки с белоснежными кружевами, из ящиков старинного резного комода торчали перья, ленты и фурнитура. На полках шкафа громоздились рулоны разноцветных тканей. В дальнем углу висела тяжелая занавесь из вылинявшей парчи, за которой, вероятно, находилась примерочная.
И посреди всего этого хаоса на двух свободных стенах висела на крючках коллекция элегантных повседневных платьев и невероятно изысканных вечерних туалетов, какие Хелен доводилось видеть только в лучших магазинах на Нью-Бонд-стрит.
Миссис Хеммингс словно прочла ее мысли.
— Да, миссис Дарси, — сочувствуя замешательству гостьи, сказала она, — это мои модели. Видите ли, я обожаю свою профессию и больше всего на свете люблю шить красивые платья. О, не для себя! Боюсь, у меня чересчур эксцентричный стиль, и к тому же я настоящая Дюймовочка, так что приходится одеваться поярче, чтобы не затеряться в толпе. Дамы приезжают ко мне издалека потому, что я умею определить, что кому идет — кроме себя самой, — и еще потому, что мои вещи баснословно дешевы, хоть и сшиты по последней моде! Полагаю, я кажусь вам очень странной!
Подобная прямота требовала равной откровенности. Хелен не стала расточать светские любезности и без обиняков сказала:
— Миссис Хеммингс, позвольте выразить вам мое искреннее восхищение. Вы и впрямь странное существо, если не требуете за такие потрясающие платья целого состояния. Они прекрасны! Но признаюсь, я не понимаю, как подобная красота рождается среди такого… такого хаоса!
— У меня тут действительно сущий хаос, — легко согласилась портниха, ничуть не обидевшись. — Сама не знаю почему, но чистота и порядок действуют мне на нервы!
Хелен еще раз оглядела комнату и прошла внутрь, осторожно переступая через раскиданные вещи.
— У меня просто дух захватывает!
— Тогда присядьте, — предложила миссис Хеммингс, — и отдышитесь немного, прежде чем мы займемся вашим гардеробом.
Хелен присела на край стула, показавшегося ей надежнее других, и положила сумочку на шаткую башню из бумаг и журналов, после чего миссис Хеммингс засыпала ее вопросами, не требующими ответов, — о размерах, цветах, фасонах и аксессуарах.
Необычная манера портнихи вести беседу очень напоминала беспорядок, царивший в ее доме, но чем дольше Хелен слушала ее вроде бы бессвязную болтовню, тем яснее понимала, что та обладает редкостным талантом модельера и безошибочным чутьем на детали. Рассеянно перебирая платья, висевшие вдоль стен, портниха не умолкала ни на минуту, порой поражая гостью исключительно точным суждением относительно оттенков цветов и фасонов, которые в полной мере подчеркнули бы достоинства внешности ее новой клиентки. Хелен пришла к выводу, что эта белокурая женщина в вызывающе ярком платье с кружевами необычайно умна. Говорила в основном миссис Хеммингс, но Хелен все же улучила момент, Когда та сделала паузу, и спросила:
— А почему у вас так много готовых платьев?
— О, затрудняюсь ответить! Некоторые ждут своих заказчиц, которые придут на последнюю примерку, когда останется только подшить подол, но остальные… Временами я придумываю модель, которую очень хочу сшить, не имея в виду определенную клиентку. Я просто решаю ее сшить, а уж потом жду подходящую заказчицу, и если никто не появляется, тогда… я вешаю платье на стену и любуюсь! Так, где же?.. Ах, вот оно! Его-то я и искала!
