— Наши почётные гости из Нетталы отбыли по моему приказу, — с намёком произнёс Никлас, объясняя рокировку личин Чезаре. — Нет нужды рисковать послами, а я не уверен, что мы обезвредили всех заговорщиков. Зато я вызвал Матиаса и Бальтазара. Этим двоим я доверяю. К тому же, это прямые обязанности дарэ Рантгтмарка, дознаватель он или кто.
— Я прошу прощения, проклятие с кашлем задело Коринну, и я… — начал было Рэй.
— Мы видели, — кивнул принц. — Раз тебе удалось снять эту дрянь, значит она вовсе не такая въедливая, как кажется на первый взгляд, и хорошие целители вытащат девочек. Ты вовремя спохватился. После кашля… нет, пожалуй, не буду тебя пугать. Но эти чары действуют на всех жертв по-разному, кто-то более чувствительный, кто-то нет. И самое противное, кажется, не должны жертву убивать, только вынуждать очень сильно мучиться. Братец оказался отвратительно изобретательным, причём ровно там, где не нужно.
— Ваше Высочество, лат Вистан помещен под стражу, как и все его сопровождающие. Как вы и требовали, я закрыл их в темницах дворца, и не позволил выводить за пределы вашего щита. Вы хотите, чтобы я провёл первичный допрос здесь? — деловито поинтересовался Матиас Рантгтмарк.
Главный дознаватель производил обманчивое впечатление. Невысокий, лысоватый, совершенно какой-то бледный и незаметный, он казался безобидным и даже смешным, особенно в сравнении с высоким и статным Никласом. Но только до тех пор, пока не начинал допрос. У него о своих грехах рассказывали даже самые упорные подозреваемые. Рэй уважал дарэ Рантгтмарка как профессионала своего дела, хотя и предпочёл бы, чтобы его здесь не было. Последний разговор с этим человеком выпил очень много сил. Впрочем, была в этом и позитивная сторона: сейчас Матиас не считал его угрозой короне, и полагал, что герцог Геллерхольц достоин «ограниченного доверия в текущих обстоятельствах».
— Да, хочу. Лату Вистану мы выдвинем официальные обвинения, как и всем сообщникам моего брата. Жаль, что мы не можем допросить Анну, даже если эти сведения не получилось бы приложить к делу, её показания многое прояснили бы…
Рэйнер несколько раз моргнул, осознавая. Анна де ла Лайона погибла, а он испытывает… беспокойство за Кори и злость. И больше ничего. Любил ли он её когда-то вообще? А если любил, то, когда перестал, и почему не заметил этого? В какой момент его давняя сильная привязанность начала оборачиваться раздражением и равнодушием? И почему он осознал это только сейчас? Впрочем, всерьёз задуматься Рэй всё равно не успел, не до того было. Голос «Бальтазара» оторвал от необычных открытий:
— Ваше Высочество, если вы позволите… способ допросить супругу вашего брата есть даже сейчас. Но кроме вас и герцога Геллерхольца я более никому не могу доверить эту тайну.
— Иными словами, тебе нужно тело, уединённое помещение, и мы двое, — Никлас не спрашивал, он утверждал, и дождался кивка треклятого полуэльфа. Что Чезаре опять задумал?!
— Тебе хватит сегодняшней ночи? Анне будут предъявлены посмертные обвинения, но тело мы должны будем передать её родителям. Похоронена в семейном склепе она не будет, после того как пыталась убить отца. И всё же, она мертва, а значит её останки должны пройти погребальный обряд, — захотелось поежиться от того, как спокойно и даже буднично принц говорил о судьбе тела женщины, которая едва не убила его отца. Но может быть, проблема была в охватившей его слабости?
— Да, одной ночи для ритуала будет достаточно. Задержите всех на сутки, тогда никого не удивит, что тело тоже было передано семье только после снятия щита, — кивнул Чезаре.
Принц же махнул в сторону полуэльфа рукой, отсылая готовить ритуал, но сказал ему вслед:
— Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь. А мне необходимо сделать несколько важных объявлений и успокоить народ. Ступай.
Сразу же после этого Никлас отдал ещё несколько распоряжений. Многочисленные аристократы, которые прибыли во дворец, чтобы выслушать дипломатическую миссию, были то ли слишком шокированы происходящим, чтобы роптать, то ли принц уже успел пообещать им ответы, и они просто ждали. Всё, что происходило между приступами демонического кашля и лечением Коринны Рэй благополучно пропустил, и теперь совершенно не понимал причин удивительного спокойствия присутствующих.
К счастью, ему и не нужно было. Его Высочество прекрасно справлялся с руководством и без какой-либо помощи. Никлас приказал расчистить ему место в центре зала, и бросил:
— Рэйнер, иди за мной.
— Да, Ваше Высочество, — кивнул тот устало.
А затем принц позвал также Матиаса, и вышел с ними двумя. Усилив голос магией, Никлас заговорил:
