И на свет вышел мужчина средних лет в рабочей одежде, высоких сапогах, явно рассчитанных на хождение по лесу или мелководью, и соломенной шляпе. За спиной у него висела торба, наполненная чем-то мягким.
— Не беспокойтесь. Расследование, — Ренельд вышел вперёд, вынимая из-за пазухи удостоверение с магпечатью. — Всё в порядке.
Незнакомец пригляделся к её переливам и слегка успокоился. Судя по всему, он был обычным человеком — для таких магпечать что-то вроде диковинки. И, скорей всего, жил мужчина поблизости. Может, как раз на той ферме.
— Расследование, — проворчал он. — Ходили тут тоже одни… С месяц назад. Похожие на вас, кстати. Господин такой высокий, темноволосый. С ним девица. И собака у них была такая же! Точно!
Мужчина бесцеремонно ткнул в Лабьета пальцем.
“Эй! Укушу сейчас! Я ему не собака!” — возмутился тот и предупреждающе гавкнул.
Мужчина округлил глаза, а руку убрал подальше.
— Не такая же, — Ренельд улыбнулся.
— Ну да, поменьше чутка. Я лезть не стал, спрятался вон там, в кустах. Но слышал. Говорили они тоже… похожее. Исследования, мол. А я слыхал, что место у нас тут такое… Необычное. И травки тут разные странные растут. Их лучше не трогать.
Он указал взглядом на торчащий среди травы побег какого-то бездного плюща.
— Месье! А девица… — Мари слегка приблизилась к мужчине. — Она на меня была похожа?
Тот задумался.
— Да нет, пожалуй. Та старше была. И такая… сухая, как коряга. Строгая.
— Дениза? — тихо спросила Мари, взглянув на Ренельда.
Тот неопределённо качнул рукой. Тут могло быть что угодно.
— Если вы увидите ту женщину, вы сможете её узнать?
— Конечно! — уверенно кивнул фермер. — Я, знаете, завсегда следствию готов помочь. И живу тут, недалеко.
Он указал оттопыренным большим пальцем себе за спину.
— Что ж, тогда я пока не рекомендую вам никуда выезжать. Вас могут вызвать для разговора в помощь следствию.
— Вам послание из Конфрерии виноделов! — бодро доложила служанка, когда я вернулась после утренней прогулки по саду.
Появилась у меня такая привычка за те дни, что я прожила в Марбре. Всё равно спешить мне теперь было некуда: Ренельд по-прежнему не приветствовал мои выезды в город без него. А так как он был почти постоянно занят, то это было то же самое, что просто запретить. Без лишних вопросов.
Служанка подала мне большой конверт с гербом Общества. И я вскрыла его с лёгким волнением, хоть проверка инспекцией моего виноградника и даже винодельни прошла весьма спокойно. Эксперты обошли все участки, которые казались им подозрительными. Заглянули в бумаги, опросили работников. И уехали, так ничего толком мне и не сказав.
Потому больше суток я маялась в неведении: что же они напишут в заключении?
“Нарушений на виноградниках и помещениях винодельни “Шато “Д’Амран” не обнаружено”, — было написано в самом низу длинного перечня параметров, по которому мои владения, собственно, и оценивали.
Что ж! Фабриса теперь ждёт не только разочарование, но и немалый штраф, который он должен будет выплатить мне за умышленный вред бизнесу, ни в чём не повинным растениям и моему душевному состоянию. Сколько переживаний пришлось испытать — одним Первородным известно!
И этой маленькой и разгромной победой я просто не могла не поделиться с Ренельдом. Ведь только благодаря его упорству и силе мне наконец удалось разрешить это дело. Это было бы глупо и несправедливо не признавать. До начала сборов на королевскую свадебную церемонию ещё много времени, возможно, Ренельд не успел уехать.
В приёмной Тибер кивнул мне и вновь уставился в лежащие перед ним бумаги. Кроме приветствия, ничего не сказал, а значит, герцог на месте.
С его одобрения я вошла в кабинет, куда на днях загнала пару служанок — чтобы отмыли там всё до блеска — под моим присмотром, конечно же! Теперь в этом мрачном логове месье дознавателя хотя бы можно было дышать без опасности нажить астму.
— Ренельд! — я победно взмахнула заключением. — Всё закончилось!
Он поднял взгляд от каких-то деталей, которые перебирал, и снял с головы обруч с закреплёнными на нём лупами — одна другой толще. Похоже, он собирал некий артефакт или хотя бы пытался понять, как тот выглядел, когда был целым.
— Совсем всё? — уточнил с улыбкой.
Но тут же помрачнел. Лабьет, который сидел рядом, ворчливо проскулил, будто в этот самый миг чем-то пытался его приободрить.
— Теперь моим виноградникам точно ничего не угрожает. Ни заклинания, ни проверки — ближайшие года два.
Я подошла, едва не пританцовывая, ведомая неконтролируемым порывом благодарности, но тот быстро разбился о стену мрачного безразличия Ренельда.
— Я рад, — сухо буркнул он.
Только и всего! Что-то в его тоне явно говорило о том, что радость за меня не может перекрыть других его переживаний.
— Спасибо, — добавила я чуть тише.
— Благодарить будешь, когда поймаем Собирателя, — ещё чуть резче ответил герцог. — А это… мелочи.
