– Где моя дочь? – голос дрожит от волнения. Ледяной страх вползает в душу. Я еле сдерживаюсь, чтобы не заплакать. – Твоя дочь?! – недоумённо произносит Демид. Судорожно хватаю ртом воздух. От мысли, что могу никогда не увидеть свою дочь, схожу с ума. – Милана, я понятия не имею, где она… – Ты серьёзно? – в шоке шепчу одними губами. Перед глазами плывёт. Горький ком застревает в горле, перекрывая доступ кислорода. ***В результате страшной автомобильной аварии я потеряла память. Не понимаю, кто я такая. Не помню своего прошлого. Но твёрдо знаю, что у меня есть дочь. И чтобы найти её, я должна вспомнить всё…
Милана
Приоткрыв глаза, как сквозь пелену сканирую пространство. Меня трясёт. Голова раскалывается на части.
– Скорее! Скорее! – слышатся выкрики совсем рядом.
Люди в медицинских синих костюмах бегом везут мою каталку по длинному узкому коридору. Хмурые сосредоточенные лица врачей.
Опустив глаза, в шоке смотрю на себя. На лице кислородная маска… На руках порезы, ссадины, синяки…
Мне плохо. Страшно. Тяжело дышать.
Ужасная ситуация! Полная беспомощность обескураживает.
– Пациентка без сознания. Попала в аварию…, – доносится незнакомый глухой голос.
– Как она вообще выжила! После такой чудовищной аварии может навсегда остаться…
– Брось, Фёдор, нести чушь! – обрывает низкий мужской голос. Молодая. Выкарабкается!
– Не думаю, – безэмоционально настаивает на своём бессердечный Фёдор.
Внутри всё холодеет, словно покрывается корочкой льда. Накрывает паника. По щекам текут слёзы. Чувствую солёный привкус на своих губах…
Спазм горла перекрывает доступ кислорода. Проваливаюсь в чернильную пустоту…
***
Прихожу в чувства.
Открыв глаза, натыкаюсь на капельницу, стоящую возле моей постели. Внутри трубки медленно капает раствор… Втягиваю в себя больничный запах. Этот удушливый специфический запах ни с чем не спутать.
Медленно поворачиваю голову налево. Возле моей кровати сидит молодой человек.
Почему он держит мою руку в своей?..
Впиваюсь взглядом в его лицо.
Усталый потухший взгляд. Чёрные круги под глазами. Брови хмуро сведены на переносице. Сосредоточенно массирует мои пальцы…
Может, я сплю или продолжаю бредить?
Часто – часто моргаю, хочу убедиться в том, что мужчина живой настоящий и что он никуда не исчезнет.
Наконец, он почувствовал мой изучающий взгляд на себе.
Встряхивается.
– Милана! Ты пришла в себя?! – с облегчением выдыхает он. Едва заметная улыбка трогает уголки его губ. В глазах блеск.
Услышав эмоциональный возглас, высокий худой мужчина в очках, наблюдающий за показаниями приборов и датчиков, круто разворачивается.
– Я ваш лечащий врач, Антон Дмитриевич Павлухин, – сообщает он, испытующе глядя на меня.
Внутренне съёживаюсь. Непреходящий страх держит в своих цепких объятьях.
– Что случилось? – с трудом подавив болезненный стон, спрашиваю я.
– Вы попали в автомобильную аварию, – ровно произносит Павлухин. – Пролежали без сознания четверо суток…
Четверо суток?! По позвоночнику струится противный липкий холодок.
Потеряно перевожу взгляд на молодого человека, который по-прежнему не выпускает моей руки.
– Доктор… вы все эти дни провели возле моей постели? – сдавленно спрашиваю я.
– Доктор?? – невольный вскрик оглушает меня. – Милана, ты меня не узнаёшь?! Я твой муж. Демид Бестужев! – выплёскивает, глядя на меня в упор.
Демид Бестужев… Это имя ни о чём мне не говорит.
Удивлённо смотрю на свою руку. На безымянном пальце в отсвете световых лучей сверкает ободок обручального кольца.
Тру виски. Кратковременная вспышка сознания. Коварная память подбрасывает… кольцо… совсем другое. Не это!
Я с ума сойду, если такие ассоциации будут повторяться.
– Милана вылетела через лобовое стекло, – пытается успокоить доктор Павлухин человека, назвавшего себя моим мужем. – Ударилась головой. Потеряла память. Так бывает после черепно-мозговых травм.
Так бывает?! Говорит об этом таким обыденным тоном, что у меня мурашки бегут по спине.
– Она обязательно вас вспомнит. Ей необходимо пройти курс терапии. Сеансы психоневролога…
Паника охватывает меня. Сжимает в свои железные тиски. Внутри всё стягивается в тугой узел.
– Ваша жена должна жить в привычной для себя обстановке, в которой жила всегда…
***
Спустя три недели
Приезжаем домой. По всей видимости, он выглядит именно так.
Окидываю взглядом пространство. Большая светлая квартира. Стильная мебель, дизайнерский интерьер.
Задумчиво разглядываю окружающие меня предметы, в надежде вспомнить.
Чёрт! Замкнутый круг, из которого нет выхода!
Ничего не получается. Тревожность нарастает.
Нужны фотографии. Видео. Доходит до моего сознания. Как я об этом не подумала раньше?!
В проёме двери появляется Бестужев. Он улыбается.
– Мила! Как ты? Осваиваешься?– настороженно спрашивает он.
Приближается ко мне вплотную. Невольно отступаю к стене. Залипаю к ней спиной. Настороженно взираю на то, как он крушит моё личное пространство. Берёт двумя пальцами за подбородок, поднимает лицо. Наклоняется ниже…
– Нет. Демид, не сейчас! – испуганно вскрикиваю я, вырываясь из его рук.
Он хмурит брови и делает шаг назад. Засовывает руки в карманы. Словно боится с ними не совладеть.
– Что – то не так? Раньше тебе нравилось, – неожиданно холодно произносит он.
– Абсолютно ничего не помню, – виновато произношу я.
Натужно улыбаюсь. Он понимающе кивает.
– Мне нужны доказательства… Документы, фотографии, видео, – торопливо произношу я, не разрывая с ним зрительного контакта.
– Без проблем, – жмёт плечами. – Сейчас…
Устроившись рядом на диване, смотрим видео.
