Опачки... Однозначно не из обычного любопытства интересуется! Может, и явился сюда только потому, что больше не мог любимую собственность в моем лице прослушивать?
— Убрала в кладовку, — с усмешкой сообщила я. — Сам видишь, тут места и так немного, надоело об чемоданы спотыкаться.
— Понятно, — помрачнел Олег. — Я к тебе не просто так. Ты сейчас сама все поймешь.
Он жестом фокусника вытащил из заднего кармана джинсов телефон.
— Мила, у меня с Кристиной ничего не было. Я расстался с ней на следующий день после того, как ты ушла, и понятия не имел, зачем звонила. Давай наберу ее, и она подтвердит.
Я многозначительно подняла бровь.
— Не на...
Договорить не успела: муж уже набирал бывшую подругу, судя по длинным гудкам.
— Что тебе надо? — пискнула та нервно вместо приветствия.
Я опешила — самоуверенная Кристина и такой тонкий голосок в моей голове никак не вязались.
— Поговори с Милой, — ледяным тоном велел Ремезов, шагнул ко мне, встал рядом и повернул экран так, чтобы она видела нас обоих. Оказывается, он набрал ее по видеосвязи. — Объясни, что мы с тобой давно не виделись.
От близости Олега плечи сами собой напряглись. Похоже, не у меня одной.
Где та вздорная красавица, которую я помнила? Ее больше не было. Взгляд бегающий, потухший и... затравленный.
Что с ней сделал Ремезов? Она ведь явно его боялась до ужаса.
— Ну же, — повысил голос он.
— Мила, у нас ничего не было с Олегом с того самого дня, — начала она.
Я недоверчиво хмыкнула.
Кристина перевела взгляд на мужа и вздрогнула, заторопилась:
— Клянусь тебе! Чем хочешь клянусь! — В ее голосе прорезались истерические нотки. — Я позвонила впервые за все время, но Олег четко дал понять, что между нами все кончено.
Ее тон не оставлял никаких сомнений: между ними и правда все кончено. Вопрос только как? Явно не мирным путем. Я почему-то абсолютно четко поняла: он навещал Кристину и умело «уговорил» пообщаться со мной. Так уговорил, что она от одного звука его голоса вздрагивала и сжималась.
Боже, какое чудовище спало со мной в одной постели! Как муж умудрялся так долго притворяться? Нет, как я умудрялась столько времени не замечать этого? Он был ангелом ровно до тех пор, пока все шло по его плану.
Низ живота свело в страхе за себя и малыша.
— Поверь, прошу! — повторила Кристина, громко сглотнула и уставилась на меня в ожидании.
— Я верю.
— Все? — Это она уже к Ремезову обратилась.
Тот коротко кивнул.
Бывшая подруга не сдержала облегченного выдоха и поспешила отключиться.
Олег с сияющим видом повернулся ко мне.
— Ну, теперь веришь?
— Да, — неохотно сообщила я. — Только это ничего не меняет.
Сияющий вид в мгновение ока сменился гримасой недовольства.
— Я же извинился, — недоуменно нахмурился он.
А у меня задергался глаз. И то правда, извинений ведь вполне достаточно!
— Что ты сейчас делаешь? — подняла я бровь и уставилась прямо ему в глаза.
Муж явно растерялся, а я воспользовалась ситуацией и сделала пару шагов в сторону от него.
— За тобой приехал, — развел он руками.
— Олег, давай все выясним раз и навсегда. Я не вернусь к тебе.
Заметив, как он открыл рот в попытке возразить, подняла ладонь и добавила:
— Дело вовсе не в Кристине.
— Никто не будет любить тебя так, как я! — нехорошо прищурился муж.
— И слава богу!
— Все, хватит.
Маска благородства слетела с Ремезова, он сделал шаг ко мне и пребольно схватил под локоть.
— Поехали домой.
И поволок к выходу.
— Отпусти! — крикнула я, упираясь, но куда там: сил у него явно было больше, чем у меня.
Если увезет домой — посадит под замок. Нет, нельзя мне с ним ехать — это я знала наверняка.
Еще никогда мой мозг не соображал так быстро. Что заставит его изменить решение?
— Я беременна! — выкрикнула я у самой двери.
Это сработало: он отпустил мою руку, и я потерла ее другой, поморщившись.
Муж развернулся ко мне. Глаза горели яростью, кажется, он даже заскрежетал зубами.
— Ты врешь! — прогремел он.
— Нет. — Я метнулась к мусорному ведерку у письменного стола, выудила оттуда четыре теста и протянула их на вытянутой руке. — На, смотри!
Долгих десять секунд Олег пялился на четкие полоски. Если бы взгляд убивал, я бы уже упала замертво. Он побледнел, затем его лицо, наоборот, побагровело. Он однозначно что-то обдумывал, сжав руки в кулаки.
— Ты сделаешь аборт!
— Нет, — рьяно замотала головой я. — Ты не сможешь меня заставить. Я буду рожать, и ничто и никто не заставит меня передумать.
Ремезова как подменили.
— Ты все испортила! — рявкнул он. — Как ты могла?! Сука! Когда ты успела?
В одну секунду оказался рядом.
Моя голова резко дернулась вправо, и я почувствовала, как загорела левая щека. Он влепил мне пощечину!
Я охнула, приложив ладонь к горящей щеке.
— Кто этот ушлепок? Кто, скажи мне?! — навис надо мной Олег со сжатыми кулаками.
Никогда не видела его в таком бешенстве!
— О чем ты?
— Это не может быть мой ребенок, потому что я давно сделал вазектомию, — обманчиво спокойно проговорил Олег и поднял руку.
«Снова ударит!»
Меня охватил ужас, и я зажмурилась, прикрыв голову руками в защитном жесте.
Но ничего не произошло. Я медленно открыла глаза.
Олег стоял, вцепившись пальцами обеих рук в волосы.
