«Орлайн?» — нет, я не говорила вслух, но все прекрасно меня услышали.
— Он опасен сейчас как никогда. Он видел твой истинный облик и теперь всеми силами постарается избавиться от тебя. Других доказательств ему теперь не надо.
Сам душимый произнести уже ничего не мог, кроме хрипов, и цвет лица его угрожающе багровел.
«Он спас тебе жизнь», — объяснила очевидное мужу.
— Нет, это сделала ты. А вот что делал он? — полузадушенный принц удостоился злого взгляда.
Как ни странно, но он даже не предпринимал попыток высвободится.
«Жизнь тебе спасал. Девочки подтвердят», — служанки активно закивали, и после недолгих раздумий Ал был отпущен.
Принц быстренько отполз от Орлайна, держась за горло, пока тот не передумал.
Наконец, все внимание супруга было обращено на меня:
— Ты великолепна! — выдохнул он, оглядывая меня с головы до ног.
Интересно, а через чешую видно, как я покраснела? В благодарность за комплимент я коснулась носом лба мужа, а он тут же погладил мои чешуйки.
И почему идиллия не может длиться вечно? Я засекла какое-то движение в нашем направлении и, рыча, развернулась туда.
Из кустов к нам нежданно-негаданно выпали «романтики большой дороги», а проще — разбойники. Абсолютно все присутствующие уставились на них недобро, но именно я заставила их попятиться обратно в кусты.
— Ку-уда? — протянул Орлайн. — А ну, стоять!
Разбойники, где были, там и замерли, продолжая смотреть на меня немигающими глазами. А я на них.
— Кто такие и куда собрались? — не обращая внимания на их состояние, спросил супруг.
Мужчины еще некоторое время молчали, но потом все же один из них, видимо, главарь, ответил:
— А… а… а… м… м… м… мы… это… — все, на больше он был не способен, потому что элементарно стал заваливаться на спину. А еще мужиком называется!
Одновременно с моими мыслями хмыкнули Орлайн и Ал.
— Ну, кто смелый? — обвел недобрым взглядом муж появившуюся компанию.
Появившиеся и не обрадовавшиеся встрече люди стали даже как-то меньше и старались спрятаться друг за другом.
— Несмелые у тебя разбойники, — обратился к принцу Орлайн, рассматривая разнообразное оружие у мужчин.
Там были и ножи во множестве, и топоры, и даже один арбалет. Но, видно, зарабатывали они не очень или экономили на оружии и его уходе.
— Сейчас еще и будут мертвыми, — зло процедил Ал.
Только вот на кого он злился? Действительно ли на них или на ожившего некроманта?
«Так что вы тут потеряли?» — зря я к ним обратилась. Они, бедняги, побелели, потом позеленели и были на грани нервного срыва.
— Ва-Ваше Ве-Ве-Велич-ч-чество! — бухнулся на колени один, а за ним и остальные. — Не каз-ните!!! — стукнулся лбом об землю. Жаль не мрамор — запомнил бы. — Мы готовы хоть сейчас на каторгу, только не губите!
— Не губите! — раздалось на несколько голосов.
«Это они к кому обращаются?» — посмотрела я на мужа.
— Они приняли тебя за короля, ведь только истинный правящий может принимать сей могучий облик.
И мы почему-то одновременно посмотрели на принца. Вид у него был понурый и какой-то совсем не королевский. Это и не удивительно! Если я действительно дракон, то они незаконно занимают трон.
Если я сейчас разбойникам скажу, что я не та, за кого они меня принимают — быть смуте, а вот если оставить все как есть…
«А может, пусть они думают, что я король?» — спросила у Орлайна.
— Ты хочешь все оставшиеся дни бояться за жизнь сына, потом внука, потом правнука? Сама видела, что король ищет вашей смерти.
Да, всю прелесть королевской нелюбви ощутила на собственной шкуре.
Вдруг я заметила, что разбойники стали пятиться.
«Чего это они?» — изумилась я.
— Так у тебя гребень дыбом встал. Вспоминаешь королевский прием?
Я даже отвечать не стала. Наверно, мне следовало вернуться в свое хрупкое человеческое тело, но так не хотелось! Наоборот, меня сжигало изнутри желание расправить крылья и отправиться в свой первый полет!
— Ти, — позвал Орлайн. — Вернись ко мне.
Я повернулась к мужу, а он протягивал ко мне руку. Как только я коснулась… мордой, он обхватил меня двумя руками и поцеловал. И мне захотелось ответить ему взаимностью…
И вот мы стоим вдвоем и упоенно целуемся при всех. И не важно, что там разбойники ошарашено на нас таращатся; принц, который непонятно кто: то ли друг, то ли враг; еще служанки и стражники. Все это неважно! Потому что в этот миг есть только он и я.
— Ти, ты мое солнышко невероятное!!! — оторвался от меня супруг, чтобы покрыть поцелуями оставшиеся не при деле части лица. — Какой у тебя невероятный дракон! Но! — он отошел на длину вытянутых рук. — Чтобы это было в последний раз! Ты или себя угробишь, или дракона, что равносильно!
— Но я же… что бы тебя спасти, — не ожидавшая такой перемены, промямлила я.
— Моя жизнь не стоит таких жертв. Поняла? Не. Сто-ит. Только наш сын может стоить, но, надеюсь, обойдется, — и выразительно посмотрел на принца.
Тот еще больше понурился и уже не напоминал того гордого и слегка заносчивого молодого человека, которого я знала.
— А с ними что? — я кивнула к замершим на грани обморока разбойникам.
