— Да, это именно она, — продолжила леди. — И у Тиилы-Дари лим Харитал од Хаар-Лаам не только пробудился дракон — она даже уже не раз обращалась. Так что в истинности Наследника сомневаться не приходиться. Тиила-Дари лим Харитал од Хаар-Лаам тебе слово.
И я встала во вновь наступившей тишине. Все утро мы втроем писали мою речь. Трудились над ней долго и усердно. Но сейчас, когда я встала, и все взоры принадлежали мне, выученные слова улетучились, но на их место пришли другие, те, что подсказывало мое сердце. Но имею ли я право менять все по своему усмотрению?
— Уважаемые дамы и господа! — обвела взглядом присутствующих. — Для меня великая честь приветствовать вас на этом собрании. Ваша поддержка много для меня значит, и я всегда буду помнить, на какой риск вы пошли, чтобы поддержать меня. Мое сердце переполнено благодарностью за вашу самоотверженность и преданность.
Я сумела завладеть вниманием каждого. Мне внимали. Но у нас впереди не только благодарность, у нас вопросы, которые решают судьбу многих. А это страшно. Просто страшно. У меня даже ладошки вспотели и появилась слабость в ногах, но я не имею права отступать. За мной сын, а потому я могу идти только вперед.
И собравшись с силами, я продолжила:
— Но ваша преданность в ближайшем будущем претерпит самое жесткое испытание. И для меня важен каждый из вас. Я понимаю, что прошу о почти невозможном. Но вместе мы сумеем преодолеть любые преграды.
И это были не пустые слова — я в каждое верила, а значит, и вложила силу, как объяснила Василис. Но не все еще готовы ринуться за мной в бой. Оно и понятно — рискнуть всем, ради веры в то, что я потомок Истинных сможет не каждый. Теперь моя задача — убедить самых скептично настроенных. И для этого мы припасли им неожиданность. Долго спорили между собой, стоит ли испытывать моего дракона на прочность, если он и так неокрепший. В итоге пришли к выводу, что лишних союзников не бывает.
Теперь пришла очередь проявить дракона. И я перешла к трансформации. Сначала у меня изменились зрение. Я видела мельчайшие детали. И не только. Вокруг сидящих людей я вила сияние разных цветов. Потом пришло осознание мыслей присутствующих. Большинство выражали искреннее изумление моим представлением. Недовольных пока не было.
Настала очередь чешуи и когтей на руках. Изумленный возглас пронесся по залу.
— Я не обманываю вас. Я — потомок Истинных! И я зову вас за собой, чтобы с вашей поддержкой я могла занять полагающееся мне место и прекратить творящуюся несправедливость.
У некоторых я почувствовала волну недовольства. Что ж ожидаемо, когда столько лет матери теряли детей, другого ожидать и не приходится.
— Представьтесь, — посмотрела я на самого недовольного.
Мужчину охватил ужас. Сначала это почувствовала я, а потом увидели и окружающие.
— Ну же, смелее.
— Д-д-д-дилам лл-л-лим Б-булат, — заикаясь и трясясь, произнёс мужчина.
— И что же вас смущает в моем призыве? Или вас устраивает текущее положение дел? — как можно спокойнее спросила я.
«Дела-то как раз в гору идут, но мой внук… его уже не вернуть никому» — услышала я то, что произносить и не собирался наш Булат.
А сказал он совершенно другое:
— Что Вы! Я всегда поддерживал Василис. Как и мой отец, и отец моего отца…
— Ваша преданность достойна высочайших похвал! — улыбнулась я, надеясь, что клыки не выступают, а то народ откачивать придется. — Я это очень ценю. Как и вашу смелость. Потому что, решившись прийти сюда, вы фактически выступили против нынешней власти. Той власти, что убивает чужих детей без сожаления, — и я почувствовала, как волна недовольства пронеслась среди присутствующих, хоть они и старались сохранить невозмутимость. — Мы должны отомстить за каждую слезинку, пророненную безутешными матерями. И именно на нас лежит груз ответственности за будущее наших детей и внуков. Мы сейчас и здесь решаем, как они будут жить дальше: в страхе или мире, с ужасом ожидая следующего дня или встречая его с улыбкой, моля Истинных не иметь первенцев или воздавая им хвалу за улыбку своего первого малыша?
Мы с вами сейчас творим будущее! И оно зависит только от нас!
Теперь я спрашиваю вас: пойдете ли вы за мной в бой, который решит судьбу наших детей? Решитесь ли преодолеть страх ради радости наших потомков?
И я смогла! Смогла зажечь сердца даже самых неуверенных, и сладостным «ДА-А-А-А» разнеслось согласие, отражаясь эхом от стен.
Я расслабилась, отпуская трансформацию и напряжение. Но тут же на меня накатила слабость, и я буквально плюхнулась на подставленное Орлайном кресло.
— Ты молодец! — прошептал мне на ухо супруг. Я же слабо улыбнулась, зная, что он скажет дальше. — Но во дворец ты не пойдешь!
Это было огромным камнем преткновения. Я верила в то, что должна быть со всеми… Даже не так, я должна быть впереди всех, чтобы победить, но Василис с Орлайном категорически против и никаких доводов не принимают.
