– Великолепная гроза! – улыбнулся Драккар, доставая из-за пазухи лист плотной бумаги с каким-то чертежом, и указал на что-то темное и длинное, возвышающееся между аккуратно подстриженных кленов. – Видите вон тот столб?
– Вижу.
Андре не понимал, как можно называть грозу прекрасной. Сыро, трудно дышать, под ногами вода, холодный ветер пронизывает тонкий придворный камзол. Это Драккару хорошо, на нем погодный амулет, защищающий его безупречный алый мундир от грязи и воды. Надо купить такой же, пусть на него и уйдет разом четверть всех денег.
– Это молниеотвод. И он работает! – В голосе Драккара проскользнуло недоверие. – Смотрите, сейчас ударит!..
Небо в самом деле расколола молния, загрохотал близкий гром.
– Вот оно! Вы видели? Прямо в ловушку! – Капитан счастливо улыбался. – Девчонка все угадала правильно!
– Какая девчонка? – тут же поинтересовался Андре, прижмуриваясь при очередной вспышке.
– А… я имел в виду дочку, – соврал капитан.
Андре решил не допытываться правды. Ему на самом деле нет никакой разницы, что там за девчонка.
– Так в чем же секрет вашей ловушки?
– О, я вам расскажу, обязательно расскажу! Это настолько просто, что удивительно, как альвы до сих пор не догадались?
– Но расскажете после того, как зарегистрируете патент?
– Не раньше. Это поможет защитить дома в сезон гроз. Погодные заклинания нужно постоянно обновлять, стоят они дорого, а мое изобретение можно поставить один раз, и служить оно будет десятилетия. – Глаза капитана загорелись темным пламенем, как всегда с ним бывало, когда он увлекался. – Знаете, какие перспективы это открывает?
– Кроме злости гильдии магов-погодников, у которых вы уведете клиентов?
– Ничего, переживут. Человек, который натолкнул меня на идею создания молниеотводов, подсказал еще одну прекрасную идею. Вы можете оценить ее красоту! Двигатель для самоходной повозки! Этот человек плохо разбирается в механике и не все смог объяснить, но он показал направление, если совместить механику с магией…
Андре слушал рассуждения увлекшегося капитана и сам загорался идеей. Самоходный экипаж! Даккар уже и название придумал – автоматический мобиль. Сказал, что слово – тоже идея компаньона, имя которого так и не назвал. Мол, компаньон еще не знает, что он компаньон, а без его согласия такие вещи не разглашают.
– Жаль, что у меня недостаточно денег для исследований, – вздохнул Даккар. – Я уже думал продавать шхуну, но у меня растет дочь, и я не рискну оставить ее без гроша. Получить бы заем в банке, но кто даст денег под безумный проект?
– Денег, говорите.
Что-то подсказало Андре, что ему выпал отличный шанс поправить свои дела. Проект самоходных экипажей может принести сказочную прибыль! Но он потребует массу вложений. Не только денежных. Понадобятся связи, много связей. А император нынче не настроен на развитие экономики, у императора на уме лишь война, так что он вряд ли поддержит начинание своего капитана. Совсем другое дело – Морис!
– Как всегда, все упирается в финансы, – кивнул Драккар.
– Сколько? Я готов войти в долю.
– На первый этап минимум две тысячи империалов, – без малейшей проволочки ответил Драккар. Похоже, именно такой реакции Андре он и ожидал. – Вам это под силу?
– Да. Я добуду денег в ближайшее же время. Если мы партнеры.
– Само собой. Два бриттских пса всегда найдут общий язык, не так ли? – И Драккар ему подмигнул.
Когда секретарь отворил дверь перед Д'Амарьяком, его величество с интересом просматривали газету. В крупных, с набухшими венами руках, подобающих скорее воину, чем политику, желтоватый листок смотрелся жалко.
– А, это ты. – Император поднял на Д'Амарьяка острый взгляд.
Он весь был острым, тяжелым и опасным, как топор палача. Узкое лицо с тяжелой челюстью, резко выраженные надбровные дуги, крупный нос с опущенным кончиком. Придворные дамы восхищались его мужественной красотой и отталкивали друг друга, чтобы попасть в императорскую постель. Менестрели слагали оды его мудрости, храбрости и силе, не забывая и про необычайное очарование и галантность. Соседи-короли звали его Франкским Топором, собственные подданные в лице газетных репортеров – Роландом Мудрым, а сам шевалье Д'Амарьяк, разумеется, только про себя – Упрямым Медведем.
– Сир, по вашему приказанию…
– Оставь, – дернул массивным плечом Упрямый Медведь и бросил на стол желтый листок. – Видел?
Листок упал так, чтобы Д'Амарьяк смог во всех подробностях рассмотреть карикатурное изображение и похабные стишки о маге-импотенте. Разумеется, все это Д'Амарьяк уже видел и принял меры.
– Можете не утруждаться, сир, ваши сыновья уже выразили мне сочувствие. Удивительное дело, они почему-то решили, что эта мазня имеет ко мне какое-то отношение. – Д'Амарьяк окинул листок скептическим взглядом. – Вы уже слышали? В редакцию газеты два часа назад попала молния. Все сгорело. Какая жалость!
