Какой же я дурак, что не поговорил с Бет, когда она об этом просила! Оставить разговор до сегодняшнего вечера было явно огромной ошибкой – и теперь уже поздно исправлять ситуацию; мне удалось лишь оставить коротенькое сообщение на домашнем телефоне. Готов поспорить, что они пообщаются с ней раньше, чем это получится у меня.
– Вы обвиняете моего клиента в совершении какого-то преступления, детектив Мэннинг? – спрашивает Максвелл. Он сидит рядом со мной, свободно-непринужденный, но властный в своем сшитом на заказ серебристо-сером костюме, его медно-рыжие волосы аккуратно уложены гелем. Голос его спокоен, тверд, уверен. Человек он деловой и прагматичный, общается без всяких обиняков и иносказаний, и стоит каждого пенни из тех денег, что я собираюсь ему заплатить. Если повезет, это будет последний раз, когда мне пришлось прибегнуть к его услугам.
– Как вам известно, ваш клиент признает, что у него были отношения с Кэти Уильямс из Бетнал-Грин, Лондон, непосредственно перед ее исчезновением. У нас также есть факты, свидетельствующие о том, что он мог быть причастен к этому исчезновению. Это делает мистера Хардкасла персоной, представляющей оперативный интерес.
Моя уверенность в себе тает как дым.
Детектив-инспектор Мэннинг впервые упоминает об этом, и мое нутро реагирует на это не лучшим образом. Смутно сознаю, что голоса в допросной продолжают звучать – Максвелл задает какой-то вопрос касательно положенного по закону предоставления ему всех материалов дела, детектив что-то отвечает, но их слова словно растягиваются, искажаясь, накладываясь друг на друга и превращаясь в неразборчивый бубнеж – не могу расшифровать значение ни одного из них. Внезапное чувство, будто я нахожусь на лодке в бурном море, заставляет мой рот наполниться слюной.
– Мне нужно в туалет. Прямо сейчас, – выдавливаю я, прежде чем горло перехватывает сухим рвотным позывом.
Максвелл замолкает и резко отстраняется, когда я поспешно протискиваюсь мимо него; Мэннинг отодвигает свой стул, встает и ведет меня к туалетам. Открывает дверь и впускает внутрь.
– Я буду в коридоре, – предупреждает он, будто подозревая, что я задумал удариться в бега. Быстро киваю, после чего бросаюсь в кабинку, где добавляю содержимое своего желудка к мерзко пахнущей желтоватой жидкости в унитазе.
Подозреваемый…
После всех этих лет.
Она заметила его, едва только войдя в «Энерджиз». Высокого, мускулистого, с темными волосами и такими пронзительно-синими глазами, что они приковали ее к месту с другого конца зала. Кэти даже услышала свой резкий выдох. Боже, да он просто великолепен! Новый инструктор? Время было не ее – обычно она выбирала ранние утренние занятия, перед работой, но время от времени откладывала их на более поздние часы. Денек выдался суматошный – как, впрочем, и каждый день в роли новоиспеченного фрилансера в попытках заполучить крупный пиар-заказ, за которым она безуспешно охотилась уже несколько месяцев, – и теперь хотелось немного расслабиться на занятиях йогой, прежде чем объявлять вечер закрытым. Может, он всегда приходил в это время и их пути просто впервые пересеклись?
Отведя глаза, Кэти взяла себя в руки и продолжила было идти куда шла. Но стоит ли игнорировать такую мгновенную связь? А вдруг она больше никогда его не увидит?
Развернувшись на каблуках, Кэти быстро направилась к нему. А что ей терять? У него наверняка уже кто-то есть – и ее, скорее всего, ждет унизительный щелчок по носу, – но она вообще не из тех, кто тщательно продумывает свои действия. Главный ее девиз – «лови момент».
– Привет, я Кэти, – сказала она, протягивая руку и широко улыбаясь. – Вы тут инструктор?
– Ну что ж, привет, Кэти, – отозвался он. Вблизи его глаза, с яркими искорками внутри, и вовсе производили гипнотический эффект. «Мужчина, который явно привык к всеобщему вниманию», – подумала она. Голос у него оказался глубоким, сексуальным. Кэти ощутила трепет в груди. Он взял ее за руку и крепко сжал, задержав чуть дольше положенного, отчего по всему телу у нее разлилось томное тепло. – Рад познакомиться. И нет, я не инструктор – просто хожу сюда поупражняться. Я Том.
Их взгляды встретились, и Кэти сразу растерялась. Теперь, уже заговорив с ним, она никак не могла придумать логичного, остроумного или даже просто ни к чему не обязывающего продолжения. Запнулась, опустила глаза, затем снова глянула на него из-под длинных ресниц. Ее отец назвал это «взглядом принцессы Дианы». Сама же Кэти терпеть не могла коронованных особ.
– Чем здесь занимаетесь? – спросил Том, спасая ее от дальнейшего смущения.
– Йогой. По-моему, это очень духовно. Подумываю и сама со временем стать инструктором.
