За последние пару недель де Грамон изменил свое мнение относительно будущего страны. Нарастить военную мощь, заключить выгодные браки с соседями, чтобы в случае опасности был мощный союз держав. Русса неплохо себя показывает, их новый император проводит ряд интересных реформ. Мерика тоже выделяется среди остальных с их неклассической магией. Далековато, но ведь с их принцессой вполне может приехать десяток магов. Двадцать-сорок лет и все можно повернуть как надо. Были бы они только.
Возможно их снова «даст» мадемуазель Эвон?
Менталист, покосившись на бастарда сестры, только покачал головой.
По сути это очень опасный брак. Ноэль — сын королевы. Ведь его дети, все-таки будут чувствовать королевские артефакты — мадемуазель Эвон поделится кровью. А заговорщики… способны состряпать любую историю для народа. Но мадемуазель Эвон…юная васконка способна преподнести сюрпризы. И де Сагон не будет де Сагон, если не воспитает своих детей настоящими фанатиками страны.
Да и возможные проблемы стоит держать поближе к себе. Прячь важное на виду. Не так ли?
Хмыкнув, менталист отвернулся от племянника и пошел раздавать указания насчет церемонии. Пышную свадьбу можно устроить и позже, ведь празднества они больше для отвлечения народа. А сейчас осталось совсем немного времени до тех пор, пока рассерженный демон не высунется за стену, совсем как в фантазии мадемуазель Эвон, чтобы узнать, где же его «ужин».
Поспешить!
Обряд прошел как надо. Вот что значит «правильная» кровь.
Едва тягучая капля упала с руки мадемуазель Армель, зала не просто завибрировала — вокруг алтарей взметнулась вверх непроницаемая стена магического огня — захочешь, не разберешь, что же происходит по ту сторону.
Мадемуазель Эвон выдохнула с облечением, девушка уже придумала себе, что все «таинство» будет происходить на глазах у всех. Де Грамон только фыркнул, но промолчал. Васконка и так была храбра как львица, почему бы не простить ей этот маленький страх?
Еще пара часов и страна будет в недосягаемости спанских войск на ближайшие двадцать лет, а там глядишь и достойную смену себе вырастим?
Пока Армель ворчала по поводу ужасного выбора ткани для платья, я любовалась подругой. Какая же она красивая! И платье, как бы не возмущалась маркиза — прекрасно. Как из старых баллад. Совершенство! Хотя вот тут край не обметан.
Опустилась на колени перед Армель и, взяв булавки со стола, подогнула край юбки. С моими талантами к шитью конечно не стоит лезть к свадебному платью королевы, но кто если не я? Луше будет, если девушка пойдет как есть?
Я расправила складки светло-зеленого шерстяного платья Армель и любовно погладила подол. Все-таки старые традиции они самые лучшие. Вот ведь глупость же, что платья невесты белые. Что несет с собой этот цвет? Ничего. Неопределенность. Чистый лист. А зеленый — это надежда. На лучшее будущее, на нечто большее, чем одиночество. Да и не к месту одевать «невинный» тон, когда брачная ночь уже состоялась. Конечно, об этом знает пару десятков людей, но…
От воспоминаний о той ночи щекам стало жарко!
Я будто наяву почувствовала, как у меня свело руки судорогой в тот момент. Да я просто физически не могла отпустить край «стола», в который вцепилась, когда стена пламени отделила нас с некромантом от остального зала. Ноэль сел тогда рядом со мной на каменный алтарь и, болтая ногами как ребенок, смотрел на переливающееся марево, не делая никаких попыток поцеловать меня. Я даже зажмурилась, страшась… чего-то. Ну чего-то же от нас все ждали?
«— Хочешь, мы просто просидим вот так ближайший час? — тихо спросил Ноэль.
Я распахнула глаза. Как это? А Франкия? А купол еще на год, до рождения наследника? Разве не для этого загнали лошадей менталисты, когда сопровождали мадемуазель Софи де Аманди из Бордо? Маги совершили невозможное, приехав так быстро. Месье де Грамон нервничал и говорил, что времени почти не осталось! Менталист ходил из угла в угол до самого момента, пока запыхавшуюся и грязную девушку не втолкнули в подземную залу.
— Посмотри вокруг, Эвон. Ты и так сделала для всех нас очень много.
Много! Но хочу ли так по-глупому все испортить?
— Я люблю тебя, Эвон. Я отдал все, что у меня было, чтобы спасти тебя из рук спанцев. Себя и даже больше. И только лишь когда Богиня поняла, что я не отступлюсь, вернула все назад, отпустив со своих болот. Я стал чуточку сильнее. И все в моей жизни, Эвон, ради тебя. Так неужели ты думаешь, что какой-то купол я поставлю выше тебя?
Себя? Болот? О чем это маг?
Ноэль говорил спокойно, так что я понимала: на меня не хотят произвести впечатление или купить сладкими речами. Некромант не рисовался, он просто пояснял свою позицию. И что совершенно точно, Ноэлю совершенно плевать на то, что станет с куполом. И, когда марево упадет, примет весь «удар» на себя. О! а месье де Грамон будет в ярости. И вполне заслуженно.
