От мыслей о несправедливости жизни и том, что меня одинаково не понимают и те, кто учится рядом, и родители, я начала злиться ещё сильнее, как вдруг услышала голос. Это говорила Кристанс, её голос, только тоньше и тише, и лишён визгливых ноток, но всё равно узнаваемый.
— Ты права, маленькая хозяйка. — произнесла Кристанс. — Этот паук запер мой рот.
— Чтоб тебя ведьмы взяли, Кристанс! — вздрогнула я. — Скажи, что ты говоришь ушами! Или носом, умоляю!
'Если мертвец уже начал говорить, его не остановить.
Конечно, можно его упокоить, но куда проще немного потерпеть'
Иссабелия Астаросская
«Здесь будет название трактата, если он будет написан».
— Говорит не это тело, маленькая хозяйка, — хорошо или нет, но мертвецы были совершенно лишены как чувства юмора, так и обидчивости. А то я напридумывала всякого, а оказалось, что за Кристанс говорила её душечка, поднявшаяся вместе с ней. Жутковато выглядело, душечки явно не были предназначены для того, чтобы говорить. Слова давались ей с трудом, а душечка Даррена чуть с ума не сошёл от волнения.
Сам же Даррен ничего не видел и не слышал.
— Ты рано встала с кровати, Белка, — устало произнёс он. — И бредишь. Ты же не хочешь сказать, что Кристанс заговорила?
Я не собиралась ничего говорить, я думала спокойно расспросить убитую, а потом немного подразнить Даррена, но план провалился.
— Её душечка говорит, что я права, и паук не позволяет Кристанс говорить, — нехотя пояснила я.
Даррен кивнул, словно сразу поверил.
— Спроси, кто её убил, — посоветовал он.
— Кто тебя убил? — повторила я.
— Он запретил говорить об этом, — посетовала душечка. — Он сказал, что мне будет не больно. Он просил не выдавать его тайн. Как я могу нарушить слово, он же был так вежлив со мной!
— Ну? — поторопил меня Даррен. — Время на исходе. Душечка долго не продержится, она же тонкое тело.
— Сама знаю, — огрызнулась я. — Ничего по делу. Он не велел и точка! Констанс… то есть, Кристанс! Но ты умерла, и всё, больше никаких правил!
Похоже, Кристанс была ещё большей занудой, чем я думала.
— У меня есть просьба, — словно не слыша ответа, произнесла она. — Я хочу до погребения находиться в лавандовой спальне. Мне всегда хотелось поспать там.
— Убил тебя кто? — повторила я нетерпеливо. — Лавандовую спальню ещё надо заслужить!
— Спроси, откуда у неё паук, — потребовал Даррен, и снова я послушно повторила вопрос.
И наблюдала за смущением маленькой полупрозрачной копии некрасивой пожилой тётки.
— Он поцеловал меня, — наконец призналась душечка. — Никто раньше не целовал меня с языком, и я не знала, как там должно быть. Что-то маленькое и круглое скользнуло в мой рот, и я испугалась лишь когда крошечные лапки уцепились за щеку изнутри.
— Фу-у, — меня передёрнуло от отвращения. Поймите меня правильно, я не брезглива. Но поцелуи… это же про любовь, да? А не про подсадить паразита.
— Что там? — нетерпеливо переспросил Даррен, и я почувствовала себя отмщённой. Не верил в мои возможности, да? А теперь надейся, что я раскрою дело!
— А зачем он это сделал? — я уже поняла, что имя тупая Кристанс мне не скажет. Заклятие на заклятии? Хитро! Значит, мне придётся ходить вокруг да около.
— Он рассказывал мне свои тайны, свои грандиозные планы, — совсем уже прозрачная душечка мечтательно сложила перед собой ручки. — У него были такие планы! Ему нужно было, чтобы кто-то его слушал.
Пока она предавалась воспоминаниям, я пыталась сообразить, что ещё спросить. Мне показалось, что этот тайный возлюбленный, который подложил паука Кристанс, чтобы она не выдала его секреты, — кто-то из семьи. А значит, это и наш убийца — здесь только те, кто так или иначе относился к семье или так считал. Но что, если это два разных человека? Тот, кто подложил паука, и тот, кто убил?
— Человек, который засунул тебе паука в рот, он в этом доме? — спросила я, не слушая дурацкие подсказки Даррена.
Душечка словно задумалась.
— Нет, — наконец произнесла она.
Во-от! Вот о чём я и думала! Всё сложнее, чем кажется! Кто-то не знал, что у неё паук и потому пробил копьём молчания! Так что у нас тут два преступника!
— Да оставь ты в покое паука, — прошипел Даррен. — Где убийца? Спроси, в какой он комнате!
О! Отличная идея! Даррен тоже начал использовать мозги! Правда, душечка его не слышала, так что пришлось повторить.
— Он идёт… — душечка тяжело вздохнула, словно собираясь с силами. — Идёт по коридору.
И она исчезла. Просто, без эффектного взрыва или рассыпания пеплом. Была — и не стало!
— Закончилась, да? — грустно спросил Даррен, видимо, по моему лицу понявший причину моего ступора. — А я говорил тебе, что быстрее надо!
— Я и так быстро! — буркнула я. — Она сказала, что убийца идёт по коридору!
— Коридоров тут уйма, — отрезал Даррен. — И это только в нашем доме, она же не сказала, что он тут.
