Моне Уайлд тщетно пыталась найти платье одной заказчицы в подсобке свадебного салоне в Бернардс. Его отдали ушивать, а оно будто испарилось. Заглянула помощница и сказала, что какой-то симпатичный мужчина ее спрашивает.
Моне со вздохом заправила за ухо выбившийся из аккуратного пучка завиток. До закрытия пятнадцать минут, всего четверть часа, чтобы найти дорогущее платье для разъяренной матери невесты.
- Он назвал тебя по имени, - добавила девушка.
Сердце Моне ушло в пятки.
- Неужели мы потеряли еще одно платье?
- Не знаю, сказал, что пришел к тебе.
Морщинка меж бровей Моне стала более отчетливой. Сегодня был сумасшедший день. Под Рождество, как только двери торгового центра открывались, поток клиентов не прекращался до самого закрытия. Такое ощущение, что все решили выйти замуж в праздники. Моне часами висела на телефоне, звонила дизайнерам, в разные салоны, швеям, уточняла о наличии платьев, о сроках новых партий, договаривалась о подгонах по размеру. И все равно к концу рабочего дня осталась гора нерешенных вопросов.
- Ты не спросила, как его зовут?
- Маркус Оберто или что-то вроде того. Насколько я поняла, он итальянец.
Моне похолодела. Марку Уберто, она мысленно исправила коллегу, сицилиец из прошлого.
- Я сказала, что ты занята, но он объявил, что подождет, сколько нужно.
Чтобы Марку ждал? Он не из таких. Они не виделись восемь лет. Зачем он пришел и почему именно сегодня, под Рождество?
- Что-нибудь передать? - спросила девушка и улыбнулась. - Он такой сексуальный. Обожаю итальянцев.
«Сицилиец, - мысленно поправила Моне, - до мозга костей».
- Спасибо, я сейчас подойду, - ответила Моне. - Позвони миссис Уилкерсон и скажи, что мы делаем все возможное и к утру платье будет на месте.
- А оно будет?
Моне даже боялась представить негативный исход дела.
- У нас нет другого выхода, - твердо сказала она, выпрямилась и решительно отправилась в зал, чтобы встретиться с Марку.
На блестящем мраморном полу стоял Он и заполнял собой все пространство, от пола до стеклянной крыши. Высокий, широкоплечий, уверенный, состоятельный аристократ. Марку был одет с иголочки: в черный костюм, накрахмаленную белоснежную рубашку и голубой галстук. Моне знала: рубашка и костюм сшиты по индивидуальному заказу. Галстук оттенял ярко-голубые глаза и зализанные назад блестящие черные волосы. Раньше он носил волосы до плеч, а сейчас был коротко пострижен. На волевом подбородке красовалась трехдневная щетина.
Сердце грозило выпрыгнуть из груди. Воспоминания накатывали одно за другим. К счастью, он не сразу заметил ее, и у Моне было время немного прийти в себя. Она так старалась забыть прошлое, что сейчас оказалась не готова встретиться с ним лицом к лицу.
- Спокойствие, только спокойствие, - сказала она сама себе и шагнула к сицилийцу.
- Марку, какими судьбами? Выбираешь подарок жене?
Моне. Марку тут же обдало ледяным пламенем от звука ее голоса, он узнал бы его из тысячи, даже после восьми лет разлуки. Мягкий, обволакивающий, как и она сама.
Марку повернулся, в глубине души надеясь увидеть ту же маленькую, хрупкую улыбчивую девчушку, чьи карамельные глаза светились счастьем, но перед ним предстала совершенно другая женщина: худая, со спокойным без искорки взглядом, плотно сжатыми пухлыми губами, ни тени улыбки. Волосы убраны назад, а вязаный юбочный костюм цвета лаванды добавлял возраста. Если бы он не знал ее, дал бы все тридцать пять, а не двадцать шесть.
- Привет, Моне, - сказал он и подошел, чтобы поцеловать в обе щеки.
Она стиснула зубы, потому что едва могла вынести его прикосновение. Марку не ждал радушного приема.
- Надеялся, смогу украсть тебя после работы и поговорить в более приватной обстановке, - сказал он приглушенным тоном.
Лицо Моне стало непроницаемым. Раньше он мог читать ее как открытую книгу, теперь она - загадка.
- Магазин скоро закроется, - ответила она и натянуто улыбнулась, - но у меня много дел, придется остаться минимум на час. Возможно, когда ты в следующий раз приедешь в Лондон, мы заранее договоримся, тогда и побеседуем.
- В прошлый раз ты отказалась, - заметил Марку.
- У нас не совпали расписания, - парировала она.
- Нет, ты не захотела, - ответил он и поймал ее взгляд. - Теперь тебе не удастся отвертеться.
- Тебе нельзя оставаться в здании после закрытия.
- Я подожду в машине, - невозмутимо ответил Марку и обвел глазами зал, украшенный рождественскими елями, венками и гирляндами. - Что ты будешь целый час делать? В салоне никого.
- Я управляющая, на мне вся ответственность, - пояснила она. - Сегодня был особенный день. Одна девочка не вышла на работу, а посетителей хоть отбавляй.
- Я приходил с утра, ты была занята, пришел снова, ты вся в делах, тогда я решил, что явлюсь к закрытию, так мы точно сможем поговорить. И вот я здесь.
Пока Марку говорил, ее карамельные глаза буравили его взглядом, но ни одна эмоция не просочилась сквозь каменное лицо.
- Что-то случилось? - спросила она приглушенным тоном.
- Нет, все в порядке.
