— Кошмар какой, — прошептала она, широко раскрытыми глазами, оглядывая мои волосы, которые, кажется, продолжали тускнеть и шевелиться у меня на голове. — Ты с кем вчера целовалась, глупая?
— Ты думаешь, он меня заразил чем-то? — ахнула я, испытывая острое желание поскорее прополоскать рот водкой и совершенно не замечая того, что бабуля по моим волосам мгновенно поняла, что я вчера с кем-то целовалась.
— Так с кем? — спросила она, бросаясь к двери и запирая ее на все замки, которыми мы обычно редко пользовались, и тут же набирая номер охраны, которая была расставлена по периметру особняка.
Моя бабуля всегда отличалась мнительностью и поэтому со всех сторон нашу крепость охраняли и люди, и приборы. Она даже не разрешила сделать стеклянные двери на лоджию, чего я очень хотела. По ее разумению, двое одиноких девушек, да-да двое, должны особенно заботиться о своей безопасности.
— Алеша, у нас ЧП. Ждем незваных гостей. Собери своих мальчиков, будьте наготове, — скомандовала паникерша под моим недоумевающим взглядом и при ошарашенном молчании Алеши.
— Бабуля, ты что делаешь?! — возмутилась я. — Виктору Владимировичу надо звонить, а не охране! Я больна!
— Ты больна на голову! — огрызнулась Нина Александровна, поспешно семеня обратно к лестнице и запахивая полы длинного халата. — Я тебе говорила: найди себе обычного, нормального парня, а не лобызайся черт знает с кем, черт знает где!
— Да это был невинный поцелуй в щеку! — возмутилась я, следуя за бабулей и подбирая свою гриву волос, чтобы ни обо что не зацепиться. Решила умолчать о том, что невинный поцелуй был чуть более страстным обычного чмока. Ну или просто более страстным. — От поцелуев на утро Рапунцелями никто не просыпается! — возмутилась я.
— В нашей семье просыпаются, — возразила бабушка, направляясь к своей комнате.
— Что это значит? Бабуля! — я ворвалась следом за ней, сбросила все гнездо своих волос ей на кровать и уселась рядом, пока Нина Александровна поспешно набирала код на двери сейфа. — Ты объяснишься?
— Лучше ты объясни с кем вчера целовалась!
— Да с красавчиком каким-то.
— Ну хорошо, что хоть не с красавицей! — поцокала языком бабуля. — С кем именно?
— Да не знаю я! Мы станцевали одну композицию, потом у меня разыгралась простуда, он поспешно свалил из клуба, да и мы с Лизой там не задержались. Все, конец.
— Не конец, а начало, — возразила Нина Александровна, — потому что на утро ты проснулась с длинными волосами, которые меняют цвет прямо на глазах!
— Все-таки эта тварь меня чем-то заразила, — подвела я итог, поворачивая голову и встречаясь взглядом со своим отражением, волосы которого и правда продолжали менять цвет, становясь теперь от серых блондинистыми.
— Он за тобой последовал? — спросила бабуля, открывая сейф и доставая оттуда какой-то пульт, на котором также набрала комбинацию цифр.
— Нет, зажал свой рот, будто его сейчас вырвет, и убежал. Видимо, выпил прилично, побежал блевать, — поморщилась я. — Испортил о себе все впечатление, урод… Или все-таки больной был и меня заразил… — размышляла я. — Он блондин. Вернее, мне так показалось в свете прожекторов, а, может, тоже седой? Нет, надо звонить срочно врачу.
— Сидеть! — прикрикнула на меня бабуля, хотя я и привстать еще не успела. — Тебе врач уже не поможет. Это был Дракон, и он зажег тебя по незнанию, видимо, а потом срочно сбежал в Иралий, потому что пламя рвалось на свободу.
В комнате повисла тишина, когда бабуля стояла напротив меня с грозным видом, уперев руки в бока, а я сидела напротив нее, не зная то ли смеяться, то ли плакать.
— Прости, не поняла. Что там с Израилем? — переспросила я настороженно.
— Иралием, Вася, — повторила бабуля терпеливо.
— Это что? Город?
— Это мир, очень тесно связанный с Землей. Там живут Драконы.
Я покивала и все также настороженно поинтересовалась:
— Ты что ли уже с утра пила? Ты же обещала так не делать!
— А ты обещала выйти замуж!
— Сумасшедшая, — покачала я головой и поднялась с постели. — Ложись отсыпаться, я сама о своем здоровье побеспокоюсь.
Бабуля махнула мне вслед рукой и, судя по тому, как продолжила греметь в комнате, спать не собиралась. Я же вернулась в прихожую и, найдя сумку с телефоном, все-таки созвонилась с врачом, после чего ушла к себе в комнату переодеваться и расчесывать выцветающий ком своих волос. Это у меня заняло не мало времени, за которое волосы совсем выцвели и начали переливаться, будто серебром. Когда прозвенел звонок от охраны, я смогла, наконец, кое-как причесаться и убрать волосы в приличной толщины косу до пят.
— Это кто? — выскочила из своей комнаты бабуля, когда я спускалась, придерживая волосы, чтобы открыть дверь врачу.
— Виктор Владимирович, — ответила я.
— Это хорошо, — кивнула бабуля и тоже спустилась вниз дожидаться врача. Я подозрительно на нее глянула, оценивая: может, ей доктор нужен больше, чем мне.
Однако, когда седовласый мужчина в очках зашел в дом, я решила, что доктор тут нужен и ему тоже.
