Женихи полностью

М а д и н а т. Потому что им у вас спокойнее. Мы даем слово, что знамя останется у нас на долгие годы.

Г о л о с а. Ура! Ура!

М а р и с гармошкой становится перед Мадинат. За нею группируются колхозники, готовясь тронуться в путь.

У а р и (подбегая). Мадинат, имей сердце, позволь, я в последний раз по улице пронесу знамя.

М а д и н а т. Ты это уже сделал… вчера.

У а р и. Имей сердце, дослушай: я его только донесу и поставлю. Оно ваше, ваше…

Г о л о с а. Нет! Нет! Нет!

М а д и н а т. Счастливо оставаться, наши друзья-противники.

М а р и заиграла на гармошке марш. Мадинат, высоко подняв знамя, уходит. За нею — колхозники и Мари. Оставшиеся смотрят им вслед.

З а у р б е к (невольно). Как она красива со знаменем!.

У а р и. Первый раз вижу, чтобы человек любовался собственным позором. (Всматривается в лицо Заурбека.) Э, да ты, дорогой товарищ… можешь не продолжать.

К а з и (подходя). Мадинат так высоко держит знамя, и его так красиво раздувает ветер!..

У а р и. Э-э. Погоди, мальчик! А без знамени Мадинат тебе совсем не нравится? Тоже можешь не продолжать. Жертвы и потери нашей бригады больше, чем я предполагал.

Подходят Туган и Салам.

С а л а м. Ты, Заурбек, подтяни свою бригаду. Обижаться тебе не на что.

З а у р б е к. Я на себя сержусь.

С а л а м. Устрани причину.

Т у г а н. И еще: во время работы без важного дела в село никого не отпускай.

У а р и. Извини, Туган, при передаче знамени я погорячился. Пять лет на фронте был победителем, а теперь… Побежденный? Нет и нет! Погоди до осени… и если не отберем, пускай вот здесь вместо усов вырастут перья. Пускай тогда не поцелует меня ни одна девушка!

С а ф и. А теперь целуют?

У а р и. Я бы ответил, мешает прирожденная скромность.

Т у г а н. Это у тебя-то скромность? Ну, товарищи, не унывайте.

С а л а м. Счастливо.

Салам и Туган уходят. Члены бригады печально смотрят в разные стороны.

У а р и. «Наедине со своим позором». Картина неизвестного художника. (Поет.)

Заурбек, дорогой, на что ты смотришь? Я думаю, красивая… то есть красивое знамя давно скрылось.

С а ф и (мягко). А ты чего распелся, чему радуешься?

У а р и. Ай-ай-ай, какая ты нечуткая, Сафи! Я радуюсь? Я только хочу приподнять упавшее настроение.

З а у р б е к (быстро отвязывая гамак и швыряя его с кургана). Отдыхали, качались, спали!

У а р и. Правильно. Если человек проспал, кровать виновата?

К а з и. Прощай, курган, почетный курган.

З а у р б е к. Когда Советская власть навечно нам землю даровала, здесь декрет прочли.

Снимает с доски Почета портреты и раздает их членам бригады, те берут свои изображения и прячут их.

У а р и. На войне — на Кубани отстаивал я курган. А здесь… выхватили из-под нас курган, как у всадника на лету седло выхватывают. И кто?.. Женщина! Пускай красивая. Это не для всех утешение. Для меня это не утешение.

С а ф и. Вот заладил: женщина, женщина! Какая разница между мужчиной и женщиной?

У а р и. Мужчина, например, никогда не задает такого вопроса.

К а з и. По правде говоря, нам особенно печалиться не следует: ведь Мадинат тоже наша…

У а р и. Ах, мальчик, тебе бы хотелось сказать «моя». Отгадал? Потупился, не продолжай.

К а з и. Уари, я тебя прошу никогда не говорить…

У а р и. О чем? Вот теперь продолжай, продолжай, пожалуйста. Опять потупился?

С а ф и. Эх, Кази, девушки безусых не любят.

К а з и. Я прошу вас бросить эти шутки!

У а р и. Шутки? Здесь не до шуток. Вчера у них сваты были.

К а з и. Какие сваты? Из нашего села? Из другого? Чужие?

У а р и. Подрастешь — станешь пулеметчиком. А теперь спрашивай, пожалуйста, пореже, вразбивку.

К а з и. Ну, говори же.

У а р и. Жених из другого села. Зовут его Саудженом.

К а з и. Ты его видел?

У а р и. Как тебя. Но он производит более яркое впечатление. Да ты побледнел, милый друг…

К а з и. Красивый?

У а р и. Картина. Клянусь. Правда, масляной краски многовато положено, но картина. И рама богатая: черкеска, шапка, кинжал в золотой оправе, а главное… Держись на ногах крепче, Кази… а главное, у него усы. Совершенно черные усы.

С а ф и. Ну зачем ты его дразнишь? Когда ты видел этого Сауджена?

У а р и. Вчера. Мадина с ним танцевала. Он высокий, стройный… и когда танцевал, как тополь при ветре, покачивался. (Оборачивается к подошедшему ближе Заурбеку.) И ты побледнел, мой друг?

К а з и. Дальше, дальше! Ну, сватали, а что ответила Мадина?

У а р и (Заурбеку). Тебе тоже интересно?