Миссис Миллер рассмеялась:
— Приббл — большой шутник. — Она задумчиво посмотрела на Тони. — Кстати, неизвестно, что можно обнаружить в его бумагах.
Тони встретился с ней взглядом:
— Я не думаю, что там есть нечто заслуживающее особого внимания.
Надо признаться, у Тони однажды возникла мысль о том, что Уилмонт, возможно, жив и исчез с крупной суммой денег, способной ввести в искушение даже самого надежного человека. Правда, он ее тотчас отверг. Несмотря на ответственное задание, Уилмонт дал бы знать о себе к настоящему времени, если бы остался жив. А его верность короне никогда не вызывала сомнений.
— И все же, — медленно произнесла миссис Миллер, — вещи не всегда таковы, какими кажутся.
— Я уверен, что Уилмонт никогда не предал бы свою страну, — твердо заявил Тони.
Чарлз Уилмонт считался его ближайшим и, пожалуй, единственным другом. Они работали вместе во время войны и продолжали после, не раз спасая жизнь друг другу. Уилмонт имел общительный характер и любил компании, в то время как Тони отличался сдержанностью и стремлением к уединению. Однако им нравилось разнообразие в характерах друг друга.
— Пусть Мак тоже поест, когда ужин будет готов. — Тони печально улыбнулся. — Надеюсь, еда будет удобоваримой?
Миссис Миллер усмехнулась:
— Возможно, нет.
Говорили, что миссис Миллер инструктировали в департаменте в области кулинарного искусства, однако она всячески противилась получению знаний такого рода. Миссис Миллер считала, что, если освоит кулинарию, ей навсегда определят роль кухарки и будут использовать в таком качестве каждый раз, когда возникнет необходимость. Она обычно старалась избегать роли домашней прислуги, однако в данном случае проявила странную активность, поскольку нельзя сказать, что департамент настаивал на ее участии, зная ее поварские способности.
— Может быть, мы найдем кого-нибудь, кто умеет лучше готовить? — предположил Тони с надеждой.
Он предпочел бы иметь более подходящего повара, однако в доме должна находиться хотя бы еще одна женщина, кроме леди Уилмонт, а в департаменте с ограниченным штатом для такой роли подходила только миссис Миллер.
— При нашей работе мужчина нуждается прежде всего в приличной еде, — отозвался Джон Макферсон, входя в кухню. — Мне кажется, знающий повар стоит соответствующих затрат. — Мак подмигнул миссис Миллер: — По-моему, вы обладаете другими ценными качествами, которые могут восполнить отсутствие кулинарных способностей.
— Полагаю, ты не имеешь в виду ее способности в качестве экономки, — усмехнулся Тони.
— Если бы я хотела провести свою жизнь, занимаясь готовкой и уборкой дома, — молвила миссис Миллер высокомерно, — то мистер Миллер оставался бы до сих пор с нами.
Тони и Мак обменялись взглядами. Их давно занимал вопрос о судьбе мифического мистера Миллера. Никто не знал о прошлом миссис Миллер ничего, кроме того, что она работала на Англию, блестяще добывая информацию в тылу врага. Она свободно говорила на нескольких языках, не имела ни малейшего пристрастия к работе по дому и имела довольно соблазнительную внешность, что заставляло многих мужчин в департаменте завидовать безвременно скончавшемуся мистеру Миллеру.
Тони откашлялся.
— Лучше делать то, что умеешь. Миссис Миллер засмеялась:
— Вам нечего опасаться, Сент-Стивенс. Хочу заметить, я пока еще никого не отравила своей стряпней.
— Но такое однажды не исключено, — тихо произнес Мак.
Тони подавил смех. Если над миссис Миллер витал ореол таинственности, то Джон Макферсон представлял собой открытую книгу. Тони и Мак вместе служили во время войны и в последующие годы, и Мак — один из немногих людей, кому Тони мог бы доверить свою жизнь.
Тони отправился назад в библиотеку. Его мысли вернулись к недавно происшедшим событиям, и он никак не мог понять, почему ситуация вышла из-под контроля.
Уилмонт первоначально имел задание узнать правду относительно распространения слухов, касающихся старших членов семьи Эффингтон, особенно самого герцога и его братьев. Подтверждение правоты подобных заявлений, по общему мнению, содержалось в корреспонденции, которая в настоящее время находилась в руках неизвестных лиц, предлагавших ее правительству за очень большую сумму денег. Поскольку политическое влияние семьи Эффингтон считалось весьма значительным, то информация, будь она истинной или ложной, содержащаяся в так называемых документах Эффингтонов, могла вызвать огромный скандал, угрожающий стабильности самого правительства. Сомнений в необходимости выкупить документы не возникло, однако Уилмонт, начальник Тони лорд Кимберли, а также человек, перед которым тот отчитывался в секретном отделении министерства иностранных дел, решили предварительно выяснить, являются ли предъявленные Эффингтонам обвинения истинными.
