Каюта напоминала обычную комнату, пусть и небольшую: две подвесные кровати, одна над другой, как в поездах, крохотный столик, мутно-грязное зеркало и малюсенькое круглое окошко. Торико помог мне залезть на верхний ярус кроватей, а сам принялся переодеваться. Ни грамма стеснения, он ещё и поглядывал на меня: смотрю, не смотрю?
Я смотрела. Мне было крайне интересно его тело в этой жизни, с новыми шрамами и историей приключений. Да и мышцы Торико выглядели немного по-другому: пусть они и оставались столь же идеально-накачанными, но их развитие оказалось более гармоничным. Во многих моих воплощениях Торико приходилось самостоятельно развивать своё тело, из-за чего часто возникали определённые перекосы в мышечной массе, здесь же было видно, что у охотника имелся прекрасный наставник.
Натягивать термокостюм полагалось на голое тело, так что, когда Торико насмешливо приподнял бровь и потянулся к резинке боксеров, я всё же отвернулась. Не то, чтобы меня смутило бы подобное зрелище, однако и наглеть особенно не стоило.
— Ты будешь сейчас переодеваться? — спросил охотник, закончив с одеванием.
Термокостюм облепил кожу Торико, как латекс, скорее открывая всё, нежели пряча.
— Нет, — я перевернулась на спину и вытянула ноги, — это неудобно. Одену ближе к аду, нам плыть несколько дней.
— Неудобно?
— В туалет-то как ходить будешь? — ухмыльнулась я.
Торико закатил глаза. Нет, ну, может, ему раздеваться каждый раз нормально, к тому же обладатели гурманских клеток ходили в туалет едва ли не раз в неделю, но вот моё тело было самым обычным. У меня не было всепоглощающего метаболизма, и еда переваривалась не полностью, как у нормальных людей.
— Я пойду на палубу, — сказал охотник, — осмотрюсь.
— Ладно. Зови, если выловишь что-нибудь интересное, приготовлю.
Блеск глаз охотника говорил о том, что Торико обязательно найдёт что-нибудь, что можно будет съесть. Ну и хорошо, пусть будет занят.
Я же могла немного отдохнуть перед забегом по ледяным пустошам.
Всё же, какая же это насмешка над самой природой — гурманские клетки. Их обладатели застревали в цикле бесконечного развития, постепенно отбрасывая все первоначальные признаки своего вида. Во многих жизнях Короли настолько отдалялись от простых людей, что теряли привычный облик. Я любила их и такими, больше похожими на воплощение детских кошмаров, но существовать охотники в мире Людей не могли.
В принципе, поэтому я и жила в основном в мире Гурманов. Там были целые поселения недолюдей, — из такой деревеньки был и знаменитый повар Тенгу Буранчи, кстати, — и на небольшие странности во внешнем виде моих Королей никто не обращал внимания. Скорее, это я, чистокровная человечка, была предметом постоянных обсуждений.
Ладно, сейчас это всё пока неважно. Гораздо злободневнее то, как я буду вытаскивать Юня из Ледяного ада. Ведь не захочет же идти со мной, этакий краснобрюхий! Скорее всего, придётся побегать за ним по всему аду…
Я села на кровати. Каюты хоть и были небольшими, но оказались рассчитаны на охотников-гурманов, поэтому высота потолков колебалась между тремя и четырьмя метрами. Мне, простому человеку, оказалось весьма комфортно, я на верхней кровати даже могла встать на ноги.
Подтянув к себе рюкзак, я принялась вытаскивать свои пожитки. Мази от обморожения, прессованные энергетические батончики для Торико, лекарства и походная аптечка, жгучие специи. Ещё у меня с собой были походная горелка, моток верёвки, небольшая глубокая сковорода со съёмной ручкой, бутылка с адским спиртом и термос с настойкой на нём же. Всё это богатство могло помочь мне выжить в условиях крайнего холода.
Поскольку Томмирода Торико уже прибил, — славьтесь, гурманские боги, за это! — то я не взяла с собой средства от насекомых, которые обычно занимали почётное место в моём рюкзаке. Однако смерть Томмирода меня не только радовала, но и напрягала: Вселенная не терпела пустоты, и на его место придёт кто-нибудь другой.
Вот я и взяла-таки с собой шарики с ядовитой тентакулы, известное средство против любой жукообразной живности. Места они занимали мало, а пользы было много.
В целом, рюкзак весил не очень много, около пяти килограмм. Я могла носить его без проблем, однако Торико со смешками отбирал мою поклажу, взяв на себя роль то ли швейцара, то ли верного оруженосца. И комацуносца.
Не знаю, в чём крылась причина его поведения, однако охотнику понравилось таскать меня на руках, как куклу или игрушку. Торико усаживал меня на сгиб локтя: таким образом и ему, и мне было удобно, ведь он мог не подстраиваться под мой темп ходьбы, а я имела возможность зацепиться за куртку и шею гурмана.
Тактильный голод в этом мире, видимо, был не только у Коко. Ядовитый Король практически не отличался в этом от Торико и, насколько я успела заметить, от Зебры. Не знаю, как обстояло дело с Санни, но вряд ли лучше.
