– Я на каблуках, а здесь скользко, и снег идет.
– Посудите сами: вам пройти несколько шагов, а мне скакать по дворовым ямам да еще и разворачиваться в тесноте среди припаркованных машин.
– Да ладно, Тамара, здесь же недалеко, пошли, не капризничай.
Ее спутник уже открыл дверь, чтобы выйти, но дамочка, словно приклеенная, не трогалась с места.
– Подожди, у меня ноги замерзли, я согреться хочу.
Не могла она так просто взять и выйти, сравнявшись с какой-нибудь жалкой, разнесчастной таксующей теткой! Не царское это дело – выходить у обочины дороги без должного почтения!
Лена сняла очки и откинулась на спинку водительского кресла. Ну что ж, она подождет, пусть повыламывается, повыделывается ее пассажирка. Не подвела примета: опоздала на работу – считай, выехала зря, лучше бы осталась в теплой постели с книгой в руке, или смотрела телевизор, ночной выпуск «Дома чудес», например (как-то там ее любимая Валерия Сомова?) или любимый фильм по DVD. В кои веки выспалась бы перед праздником. Кстати, не пора ли ей проверить сообщения на мобильном? А дамочка вместе со своими претензиями и амбициями пусть посидит и погреется, потешит свое самолюбие. Ого! Два непрочитанных эсэмэс. Первое: «На вашем счету осталось 5, 35 рублей. Просим пополнить счет». Второе: «Мамуля, поздравляю с женским днем! Осторожнее там за рулем. Целую. Твой сын».
Одно приятное известие за эту непутевую ночь, от которого словно потеплело. Лена прикрыла глаза и улыбнулась про себя. Когда-нибудь ее сын обязательно прославится, она будет гордиться им, нужно только поверить в его талант музыканта, слишком необычный для ее закостенелого восприятия. Пора смириться, попытаться понять современный мир, проникнуться забегающими вперед музыкальными фантазиями сына, мелодиями будущего, которые слышались ей монотонным нагромождением режущих слух звуков. С чем черт не шутит? Упорства ему не занимать. Добрый он, замечательный, хоть и раздражает своим несерьезным отношением к жизни. А какие у него друзья? Уму непостижимо! Порой распахнет она перед ними дверь в квартиру и еле сдерживается, чтоб не вытолкать взашей! На щеках и в носу пирсинг, глаза подведены черным, в ушах серьги, вместо аккуратной стрижки – спутанные космы, похожие на скрученную паклю, – ни дать ни взять дикари экзотического племени вышли из пещеры. Упустила она своего маленького Диму, выпустила из-под контроля. И вот теперь ни бизнеса, ни примерного сына. Ему бы учиться, в вуз поступить, получить профессию, семьей, наконец, обзавестись, детьми. А он все с гитарой, все песенки у него на уме, концерты, поездки, поклонники. Сколько это продлится и чем может кончиться? Был бы мужчина рядом, отец. Дима, опять Дима Костров…
Однако дамочка и не собирается выходить, сидит, весело похихикивая, лукаво переглядываясь со своим спутником. Лена обернулась, встретилась с ее насмешливо-хищным взглядом и выключила печку. Через минуту выключила двигатель. Затылком ощущая напряженную злобу, продолжала равнодушно щелкать кнопками мобильного телефона, просматривая старые сообщения. Почти все от сына. Из Ростова-на Дону, Ставрополя, Краснодара… Лена снова улыбнулась, вспомнив его клятвенное обещание подарить ей роскошную, в самом центре Петербурга, квартиру, обязательно с балконом, выходящим на Мойку или Фонтанку. «Мечтай о несбыточном и получишь максимум!» – где она это слышала?
Метель продолжала забрасывать лобовое стекло липкими пригоршнями. Все же пора ехать. Не поворачивая головы, холодно сообщила:
– Я уезжаю.
Парень обрадовался, тут же выскочил и потянул за рукав свою спутницу.
– Пошли, Тамара!
– Ты иди, а я поеду. Покатаюсь немного, хи-хи-хи.
Лена повернула ключ зажигания, выдержала несколько секунд и медленно тронулась с места. Взглянув в панорамное зеркало над головой, увидела испуганное и растерянное лицо женщины. «Ага, не ожидала?!»
– Остановите здесь.
– Здесь, на мосту, нельзя. Видите, впереди знак висит «Стоянка, остановка запрещена»?
– А я сказала, остановите!
Лена с каменным выражением лица, невозмутимо продолжала гнать через виадук.
– Я сейчас выпрыгну! – завопила дама, но не громко, не во весь голос, а почти шепотом.
Притормозила Лена на самом верху. Включила аварийку. В распахнутую дверь ворвался снежный вихрь, дохнул стужей и отступил. Метель постепенно успокаивалась, и бегущая навстречу жемчужная цепь уличных фонарей становилась все ярче, крупнее и отчетливее.
– Не спи, Ванечка.
Мчаться по набережной, не ограниченной светофорами и перекрестками, наблюдать за нитью огней и плывущими звездочками автомобильных фар на том берегу, – восторг и наслаждение! Финляндский мост, весь в легких, подсвеченных арках, исчез за спиной, а мост Александра Невского, пологий, приземистый, ровной линией соединяющий городской центр с правым берегом, едва обозначившись, стремительно приближается с каждой секундой. Лошадушка, ощутив полную свободу, радостно рвется вперед. Чтобы сдерживать ее пыл на поворотах, эхом повторяющих плавные изгибы Невы, приходится чуть притормаживать. Хорошо! Лети себе, и на часы смотреть не надо.
Другое дело летом.
