Я совершила традиционный утренний ритуал, без которого моя нормальная социальная жизнь в это время суток была бы немыслима – выкурила четыре сигареты и выпила турку кофе. Рюря чистил оперение и выглядел лучше вчерашнего. Часы показывали «пора», и я не стала спорить.
Ехать до офиса было «дольше парковаться». Я решила вопрос машины с повестки снять. Офис оказался первым этажом какого-то модного жилого дома. Внутри было уныло-зеленовато, а за reception сидело нечто среднее между климактерической амазонкой и индейцем виниту. Женщине было около полтоса, она была раскрашена всем, что красило, на ней была фиолетовая трикотажная кофта с воротником, отороченным перьями. Я ущипнула себя за руку, чтоб проснуться. Ни хрена не произошло! Перья сидели там, где сидели, да еще и улыбались, потому что ко мне шел Скалич с приветствием:
– Марина, доброе утро! Я готов представить вам коллектив. Познакомьтесь, – сказал он, указывая на виниту, – это Нелли Борисовна Констандогло – наш незаменимый секретарь.
– Очень приятно, – сказала женщина, использующая вместо фамилии программное заявление о завоевании Марса.
– Будем знакомы, – ответила я, пытаясь прийти в себя и не пустить на лицо даже тень улыбки. До встречи с этой женщиной у меня была твердая уверенность, что так не бывает, чтобы перья, тени до ушей, Нелли да еще и Констандогло – «в одном флаконе». Если бы это сочинили, я первая орала бы про too much! Имея такое, мечтать об охраннике афроамериканце с глазами цвета логотипа компании просто попсово!
– Предлагаю познакомиться с топами, а потом пройти по отделам, – весело сообщил Скалич.
– С удовольствием, – еще веселее ответила я, про себя решив, что больше им меня ничем не удивить, круче Констандогло им не придумать, а мне нужно срочно поменять себе nik.
Мы со Скаличем проследовали куда-то в глубь офиса, за дверью одного из кабинетов меня ожидали топы. Кабинет был тесноват и освещен, как операционная. Два кресла оставались свободными, в остальных расположились три мужских и четыре женских топа. Мужские модели выглядели примерно одинаково, с точки зрения возраста и дохода, все были в костюмах, а один, видимо, самый смелый, даже без галстука. Женщины были несколько разнообразней. Самой необычной мне показалась рыжая кудрявая Анастасия Горенко, арт-директор, которая, произнося свое имя с беспощадным мягким выговором, постаралась вложить в звуки всю скорбь хохляцкого народа в отношении понаехавших москалей. Остальных дам я внесла в органайзер поименно с пометками должностей. Повисла пауза, которую я внутренне потянула, как смогла. Когда Скалич заерзал в кресле, я решила прекратить пытку:
– Коллеги, полагаю, информация «из первых рук» вам нравится больше любой другой, посему предлагаю задавать вопросы, на которые с готовностью отвечу. Итак?
– А вы к нам надолго? – максимально ехидно спросила Горенко, уничтожив букву «г» как класс.
– Это зависит от того, как быстро мне удастся научить вас работать с крупными клиентами, Анастасия, надеюсь, вы способный ученик? – съеврейничила я. Горенко заткнулась.
– Марина, а презентоваться с нами вы будете ездить? – немного волнуясь, вопросил главный сэйлак Евгений.
– Конечно, это входит в мои обязанности. И я очень рассчитываю на вашу, Евгений, помощь в отношении информации по клиенту. Предупреждаю, буду стараться с вами подружиться изо всех сил, – заулыбалась я.
– Я готов, – расслабил рожицу Евгений.
– Если не возражаете, через пару часов я буду готова «встать» в план совещания по тендеру, хотелось бы понять, что мы имеем, чтобы определить, чего не хватает. Господин Скалич, когда мы могли бы провести такое совещание? – обратилась я к боссу.
– Так, Марин, а когда надо? – задумался Скалич.
Я поняла, что система тут какая-то своя, и решила сбавить обороты.
– Федор, могу ли я попросить вас о времени для общения после того, как познакомлюсь со своим отделом? – как можно мягче поинтересовалась я.
– В любое время, Марин, жду вас.
– Спасибо. Коллеги, если не возражаете, я хотела бы задать несколько встречных вопросов?
– Задавайте, – уже, вероятно, начав со мной дружить, ответил за всех Евгений.
Больше часа я мурыжила самых крутых людей агентства, оказавшихся в массе очень мирными и дружелюбными, на предмет структуры, взаимоотношений отделов, документооборота и всяких других нужных знаний. Скалич не только не уснул, а, наоборот, активно участвовал, подгонял с ответом, следил за моим лицом, пытаясь понять, нравится ли мне все это в общем. Когда весь стол уже был заставлен чашками и стаканами, я сжалилась над топами и решила перейти к дизайнерам.
– Анастасия, а теперь я попрошу вас познакомить меня с отделом, не возражаете? – спросила я.
– Та не, пойдемте, – ответила надутая Горенко.
