Анна в это время его почти не слушала. Собственная версия не вызывала у нее сомнений, но ей не давала покоя мысль о том, кого же она видела в зеркале? Неужели саму королеву Елизавету? Как назло, она никак не могла припомнить, как выглядела венценосная особа, хотя неоднократно прежде видела ее портреты. «Кажется, она была рыжая», – подумала Аня с сомнением. Эта мысль ее немного смущала: волосы незнакомки из зеркала были черны, как вороново крыло. Встреча с мстительной и злопамятной королевой не сулила ничего хорошего.
– Ты меня слушаешь? – окликнул ее Снежко.
– Да-да, – рассеянно отозвалась Анна. – Ты говорил, что Елизавета умерла на два года позже своего возлюбленного.
– Ты все прослушала! Напряги же мозги! Королева Елизавета умерла в тысяча шестьсот третьем, так?
– Ну.
– А каким годом датирован сборник Роберта Честера?
С нескрываемым удовольствием Саша наблюдал за тем, как вытягивалось Анино лицо по мере того, как она осознавала очевидный факт.
– Книга вышла на два года раньше, чем королева скончалась! Они не могли предвидеть ее смерть и тем более писать об этом!
– Дошло, наконец! – удовлетворенно кивнул Александр.
– Так чего же ты мне голову морочил? – рассердилась девушка.
Саша пожал плечами:
– У тебя своя голова на плечах. К тому же – женская интуиция…
Анна устало опустила руки, признавая поражение.
– Значит, опять все сначала. А какая красивая была версия…
– Не переживай. Елизавета совершенно не подходила на роль героини любовного романа. К тому времени ей стукнуло семьдесят, и она определенно не тянула на «распустившуюся розу», как утверждал Честер.
– Вместо девушки имеем бабушку, – констатировала с разочарованным вздохом Аня.
– Причем в прямом смысле. Королева приходилась Эссексу троюродной бабкой и была старше его на тридцать четыре года. Такая вот ирония судьбы.
Заболтавшись, они не заметили, как подошло время обеда. Немного смущенные, не глядя друг на друга, они уселись за стол. Перед этим Саша попытался пристроить свои бумаги на край каминной полки, но неудачно: соскользнув, страницы разлетелись по всей комнате. Они бросились их собирать, путаясь руками и сталкиваясь лбами.
Подобрав очередной листок, Анна уставилась на слегка размытую картинку. На ней был изображен единорог. Кажется, Саша говорил что-то об уникальных водяных знаках на бумаге. Единорог был одним из них, но Анна прежде его не видела. Рисунок казался удивительно знакомым. Глаза девушки сузились, взгляд стал сосредоточенным. Она не могла перепутать. Только не в этот раз. В то же время это казалось совершенно невероятным…
Анна растерянно огляделась по сторонам. Яся, Леля и Александр наблюдали за ней с беспокойством и удивлением.
– Тебе ужин под стол подать? – неуверенно пошутила Яся. – Я смотрю, ты там надолго устроилась.
С извиняющейся улыбкой Анна выбралась из своего временного укрытия, передала Саше его бумаги, села к столу и молча склонилась над тарелкой. Леля хотела что-то спросить, но Яся жестом ее остановила. Анна полностью ушла в свои мысли, и женщина понимала, что сейчас ей лучше не мешать.
Анна выскользнула из-за стола, схватила телефон и, на ходу нажимая на кнопки, бросилась вон из столовой.
– Куда это ее понесло? – с деланым равнодушием осведомился Саша.
– Ясно куда: Максу звонить побежала, – пояснила Яся, старательно не замечая его огорчения.
Тем временем наверху, в спальне, Анна торопливо излагала Максу свою просьбу. Макс пообещал выполнить все в точности, но, положив трубку, испытал новый приступ беспокойства. Он ощущал, что надвигается катастрофа. Еще немного, и неведомая сила поглотит их обоих, или, что еще хуже, навсегда разлучит их.
Разговор с Максом успокоил Анну, и она с удовольствием присоединилась к Ясе, которая пила на кухне провезенный контрабандой чай. По утверждению подруги, в Америке вкус чая был совсем иным, и она не получала никакого удовольствия.
Тихо звякнул параллельный телефон. Анна не стала поднимать трубку, ожидая, что это сделает Леля. Но секунду спустя тихая трель раздалась снова. Анна нехотя поднялась с места и выглянула в гостиную, чтобы посмотреть, почему Леля не берет трубку. В этот момент она увидела девушку с трубкой в руках.
– Алло? – нетерпеливо спросила Леля. Больше она уже ничего не говорила, ни слова – только слушала. И пока она слушала, жизнь уходила из нее, превращая нежное девичье лицо в гипсовую маску. Продолжая молчать, она положила трубку, глядя перед собой невидящими, слепыми от горя глазами.
– Леля, что произошло? – окликнула ее Анна. – Кто это был?
– Полицейский. Из Лондона, – ответила Леля хрупким голосом – Они нашли маму и просят приехать для опознания…
– Что там произошло? – спросила Аня буднично, хотя внутри ее все тряслось от переживаний.
