– Шутки с мертвыми всегда плохо заканчивались, – мрачно напомнила Яся.
– Расскажите это тем, кто прошлой ночью ушел отсюда безнаказанным, – усмехнулся Снежко. Яся неодобрительно покачала головой, а Аня показала ему кулак.
Некоторое время они молча переглядывались, явно не зная, что делать дальше. Расследование временно зашло в тупик. Все полученные сведения никуда не вели, только добавляя загадок и несоответствий.
– Может, попробуем договориться с полицейскими? – нерешительно предложил Макс.
– Так они тебе и расскажут, держи карман шире, – ухмыльнулся Саша.
– А мы попробуем. – С этими словами Макс подхватил слабо сопротивляющуюся Анну под руку и повел за собой. Яся придержала за рукав дернувшегося было следом Сашу. Тот дернул плечом, но послушно остался рядом.
– Чем займемся? – спросил он мстительно.
Яся ответила не сразу. Пока она медлила, в церковь вошла немолодая женщина с огромной корзиной крокусов и гиацинтов. Запах цветов заполнил просторное помещение. По внешности женщины легко угадывался человек, родившийся здесь и всю жизнь проживший в родной провинции. То была типичная англичанка. Руки земледельца, щиколотки балерины и лик состарившейся валькирии. Возраст не льстил ее лицу, в полумраке церкви казалось, что крючковатый нос почти дотянулся до верхней губы, превратившейся в нитку. Женщина подошла к ним почти вплотную, но не для того, чтобы заговорить. Не обращая на туристов ни малейшего внимания, она деловито принялась выкладывать цветы на алтарь, отбирая понравившиеся, чтобы расставить их в широкие серебряные напольные вазы.
Саша и Ярослава Викторовна, понизив голос, продолжили обсуждать свои дальнейшие планы. Неожиданно женщина обернулась к ним и спокойно проговорила:
– Хотите послушать про нашего Уильяма?
Вопрос застал их врасплох.
– Ну? – требовательно окликнула женщина.
Яся и Александр беспомощно переглянулись. Женщина расценила их молчание по-своему.
– Меня зовут Элизабет Уорд. – Вытерев руку о широкую юбку, она протянула ее Ясе. Та неуверенно пожала жесткие натруженные пальцы и представилась. – Слава богу, так-то лучше, – хохотнула Элизабет. – Простите, если я вас напугала. Хотите поговорить? – повторила она предложение. – Обещаю, разочарованными вы не останетесь.
На лицах иностранцев все еще читалось сомнение, и мисс Уорд пояснила:
– Мой далекий предок знаменит тем, что пытался воссоздать биографию Шекспира.
– Когда это было? – спросил Снежко неуверенно, смутно что-то припоминая.
– В тысяча шестьсот шестьдесят втором году, – с достоинством ответила женщина.
– Священник Уорд?! – воскликнул Саша, пораженный. – Конечно, я об этом слышал! Неужели вы его родственница?
– Разумеется.
И мисс Уорд пригласила их к себе домой. Друзья, конечно же, согласились.
– Мой пра-сколько-то там раз-прадед раскопал не так уж много и совсем ничего из того, что могло бы подтвердить способность Уильяма Шакспера создавать бессмертные произведения. Хотя он очень старался. В те годы еще живы были люди, которые лично знали Уильяма, и их дети, слышавшие от родителей те или иные подробности. Начать с того, что Уильям не учился в школе. Точнее, данных об этом не сохранилось. Да и что это была за школа? Детей учил один-единственный преподаватель, а занимались они в тесной комнате. Тогда это было обычным делом. Писать умели единицы.
– Ну, Шекспир-то умел, – улыбнулась Яся, осторожно отпивая обжигающий чай из тонкой фарфоровой чашки.
– Шекспир – может быть, – пожала плечами мисс Уорд, – но только не тот, что жил в Стратфорде. Вот, взгляните-ка на это.
Потянувшись, женщина ловко выдвинула ящик старинного секретера, притаившегося у стены, и протянула им несколько выцветших листов бумаги.
– Что это? – с интересом спросил Александр.
– Юридические бумаги. Точнее, факсимиле. Под каждым документом – подлинная подпись Уильяма Шакспера, – пояснила мисс Уорд со странной усмешкой и одним махом влила в себя содержимое своей рюмки. – Добрая старая английская эксцентричность, – хихикая, прокомментировала она, вновь наполняя рюмку до краев. – Благодаря ей моя сувенирная лавка пользуется популярностью у туристов. Все они хотят получить «атмосфэру». Что ж, «атмосфэры» у нас предостаточно.
– Послушайте, да это черт знает что такое! – воскликнула Яся, перебирая листы.
– Не слишком похоже на почерк гения? – довольно хохотнула женщина.
– Да это просто каракули какие-то! Как будто эти буквы писал человек, впервые взявший перо в руки!
– К тому же подписи не похожи одна на другую, – добавил Снежко.
– Подписи подлинные, не сомневайтесь, – предупредила его мисс Уорд. – А вот насчет того, что писала неумелая рука, вы попали в самую точку. У вас внуки есть? – резко спросила она у Ярославы Викторовны.
– Внуков нет, – выдавила Яся.
– Жаль. Если бы видели первые буквы, накорябанные малышом, непременно уловили бы сходство с этими, – она презрительно ткнула пальцем в бумаги, – автографами.
– Ничего не понимаю, – покачала головой Яся. – Но ведь ты, Саш, говорил, что Шекспир свободно владел не то пятью, не то шестью иностранными языками. Как же так?
