Аэропорт был небольшим — всего в два этажа — и скоро закрывался. Некоторые ресторанчики и бутики — «Круз Сити Бар & Грилл», «Хадсон Ньюс» и «Куизноуз» — уже закрыли входы и витрины. Грей дошла до офиса аренды автомобилей «Хертс», который тоже вскоре должен был закрыться. Сотрудник протянул Грей ключи от «Шевроле Круз» и позвонил в «Хилтон Гардн Инн», чтобы узнать, есть ли там свободные номера, что было очень любезно с его стороны.
Забронировав номер в отеле, Грей поспешно направилась к автостоянке. В заднем кармане завибрировал телефон. Пришло сообщение от Ника:
Она уселась на переднем сиденье «Шевроле» и написала ему:
До «Хилтон Гардн Инн» ехать было недалеко. Грей быстро заселилась в номер 216 с бежевым берберским ковром, бежевыми стенами и чистыми полотенцами. Она включила ноутбук и разыскала адрес Миллеров в интернете. Они жили в доме из красного кирпича и дерева, окруженного крошечной речушкой и рощицей высоких тонких деревьев, в семи милях к северу от Мобила. От отеля Грей до их дома было 10 минут езды.
Грей было нечем заняться, поэтому она включила кулинарное шоу Гая Фери на канале «Фуд Нетворк» и устало поплелась в ванную. Выглядела она выжатой и помятой. И
Грей смывала с себя грязь Вегаса и самолета, в то время как на экране Гай Фери был уже на пути в Северную Каролину. Уже чистая, Грей пару минут понаблюдала за тем, как в одной закусочной готовили фирменные луковые кольца, и решила, что за этот день она уже насмотрелась на всякие отбросы. Она выключила телевизор и нырнула под одеяло. Как только она услышала, как в небе громыхнуло, она подскочила к окну и раздвинула занавески.
Молния, будто ярких цветов карандашей — атомного мандарина, василька, лимона — разразила темное небо.
В Лос-Анджелесе грозы случаются нечасто, поэтому такая картина повергла Грей в ужас и взбудоражила ее. Капли дождя били по окнам и гремели, словно раскаты пулеметной очереди. Было так громко, что стало спокойно, и Грей вернулась в кровать. Она не стала задергивать занавески, и эти светящиеся небесные раскаты были последним чудом, которое она наблюдала, прежде чем ее глаза закрылись.
Утро понедельника. Начало девятого. Дождь перестал, и теперь теплый золотистый свет струился из окна номера Грей. В этой части Алабамы вновь воцарилось спокойствие: бабочки порхали, птицы парили в небе, и над немногими оставшимися лужами на тротуаре поднимались струйки пара.
Через пять минут после того, как Грей двинулась в путь, она тяжело вздохнула и закрыла глаза. Утро понедельника.
Миллеры, скорее всего, не дома.
Еще один случай, когда Грейсон Сайкс делает что-то, не подумав.
Но сегодня ей повезло: серый пикап «Додж Рэм» и медно-красная «Хендай Соната» были припаркованы у дома из кирпича и дерева.
В воздухе раздавался громкий стрекот множества насекомых и птиц, и где-то, скрывшись за деревьями, журчали одна или несколько речушек, прокладывая свой путь до залива. Стрекозы словно охраняли путь от машины до крыльца дома. Грей в жизни столько не видела.
Шон мечтал о переезде в Атланту, как Жевуны о стране Оз. Но переехать означало бы начать все сначала, стать мелкой рыбешкой в большом пруду, хоть Лас-Вегас и был одним из лучших прудов для организатора вечеринок.
После того как Грей одержала победу над жужжащими и скачущими насекомыми, она подошла к входной двери. Грей постучала. Подождала… Постучала еще раз. Подождала подольше… Наконец дверь открылась, и прохладный воздух из дома окутал ее, словно в знак приветствия. До нее донесся запах бекона и отутюженных волос.
На темнокожем мужчине, стоявшем перед ней, были незаправленная джинсовая рубашка и чистые брюки цвета хаки.
— Да?
— Уолтер Миллер? — спросила Грей.
Он снова сказал «да» и бросил быстрый взгляд на свои наручные часы.
Грей представилась и напомнила ему об их вчерашнем разговоре.
Он поморщился, и кожа вокруг его щек обвисла.
— Я прилетела сюда из Лос-Анджелеса по важному делу. Мне правда нужно поговорить с вами об…
— Элиз.
Он повернул голову через плечо и крикнул: «Рути!» Он не поворачивал головы к Грей, пока они ждали Рут Миллер.
Смуглая женщина подошла к двери. На ней были велюровый спортивный костюм и босоножки на танкетке. Пальцы на ногах были выкрашены в ярко-оранжевый цвет.
Уолтер сказал ей:
— Эта та женщина, которая…
— Я слышала, что она сказала.
Карие глаза Рут Миллер впились в Грей.
Грей сделала шаг назад.
— Мне жаль, что я…
— Вот как? — спросила Рут, подняв брови. — Значит, вам
— Да. Наш разговор не займет много времени.
Рут расправила плечи, приготовившись метать молнии.
Уолтер положил руку на плечо жены.
Из глаз Рут потекли слезы, и она спросила:
— Что вам нужно?
