Кларисса, надув от обиды губы, сидела на переднем пассажирском сиденье. Ее лицо отекло от выпитого ею алкоголя, а глаза были похожи на глаза-пуговки тряпичных кукл.
— Не могу поверить, что ты делаешь это.
Такси въехало на стоянку торгового центра, в котором находились магазин с пончиками, магазин здоровья и отделение компании «Мейл Боксез ЭйТиСи». Машины на черепашьем ходу заезжали на парковочные места и выезжали с них, и водителю посчастливилось ухватить местечко прямо перед пекарней.
— Чувак, — взвыла Кларисса. — Почему мы тут?
— Вечеринка окончена, Кларисса, — сказала Дженнифер. — Я знаю, что это все равно, что просить воду не быть мокрой, но перестань быть ребенком. Ее кожа покраснела — две «Мимозы» и «Кровавая Мэри» дали о себе знать. Воспоминания о ночи, проведенной с Диланом, брокером хедж-фонда, тоже заставили ее покраснеть.
— Я хочу крендельки.
Шатаясь, Дженнифер направилась к входу в магазин пончиков.
— С шоколадной глазурью! — закричала ей вслед Грей.
Блондинка одобрила ее выбор, показав два больших пальца вверх.
Все отделения компании «Мейл Боксез ЭйТиСи» выглядели одинаково — маленькие коробочки для канцелярских принадлежностей, коробки побольше — для упаковочных материалов, длинный прилавок и почтовые ящики. Этим королевством управляла скучающего вида женщина в очках и рубашке поло, запачканной скотчем, картоном и маркером.
Грей с улыбкой подошла к сотруднице отделения:
— Я давно здесь не была и поэтому не могу вспомнить номер моего ящика.
Женщина повернулась к компьютеру и спросила:
— Ваше имя?
Мысли заносились в голове Грей. «Имя может быть мое или же моей соседки. Я — Изабель Линкольн».
Пальцы сотрудницы застучали по клавишам, затем остановились.
— Моя соседка по комнате — Элиза Миллер, — добавила Грей.
Женщина снова принялась стучать по клавишам, а затем произнесла:
— Ящик номер 3918.
Ящик 3918 — один из самых больших почтовых ящиков, стоял в конце ряда, ближе всех к упаковочному скотчу. Грей вставила загадочный ключ в замок и повернула его.
— Йетзи, — прошептала она.
Поверх стопки конвертов лежал маленький блокнот в спиральном переплете.
Грей пролистала страницы.
Белиз… город Белиз… квартира в Ледивилле за 659 долларов! Две спальни, одна ванная комната. Минус — очень близко расположена к полицейскому участку. Невостребованный… пятый километр. Эрмонд, 501–223–0010.
Грей сфотографировала эти страницы. Кто такой этот Эрмонд?
Некоторые конверты в коробке уже были вскрыты. Как эти из штата Алабама и те из Лос-Анджелеса. Конверт, отсканированный вживую, все еще был запечатан, но Грей не стала его вскрывать, потому что уже знала, что отпечатки пальцев принадлежали Элизе Миллер. Вместо этого она заглянула в уже открытый конверт из штата Алабама.
Свидетельство о рождении… Элизы Лоррейн Миллер, родившейся в Мобиле, Алабама, 12 января 1973 года у Рут Гейнс и Уолтера Миллера.
Конверт из Манилы, присланный Верховным судом Калифорнии, был толстым, с документами юридического характера.
ХОДАТАЙСТВО О СМЕНЕ ИМЕНИ
По решению суда имя, указанное в свидетельстве о рождении ИЛИ действующее законное имя ИЗМЕНЯЕТСЯ НА…
Итак, кем же были Хоуп и Кристофер Линкольны — люди, упомянутые в свидетельстве о рождении Изабель? Приемные родители? Измененное свидетельство о рождении Грей стало второй страницей ее первоначального свидетельства. Хижина в Айдиллуайлде — вот где находилось измененное свидетельство. Изабель разделила страницы. Ходатайствовать о новой личности было нелегко. Какое отношение все это имеет к исчезновению Изабель Линкольн сейчас?
Элиза Миллер родилась на юге. Неужели ее родители действительно были ее биологическими родителями? Ты знаешь, где она? Что теперь она стала кем-то другим? Были ли тому причиной угрозы об ее убийстве от Томми Хэмптона и его семьи?
Грей зажмурилась, чтобы прояснить рассудок.
Радовало то, что она уже собрала вещи. И то, что она уже направлялась в аэропорт. Она не могла пронести с собой на борт самолета в Алабаму нож, но она стояла посреди почтовых ящиков компании «Мейл Боксез ЭйТиСи». Поэтому она отправила нож для резки ломтиками от компании «Мийяби Эволюшн» посылкой «Юнайтед Парсел Сервис» в свой почтовый ящик в Лос-Анджелесе. Затем она купила новый блокнот и блестящую фиолетовую ручку. Чернила пахли виноградом.
В такси пахло пончиками, кофе и духами Дженнифер. Кларисса была вся в сахарной пудре, а Зэди уснула и уже храпела. Грей вытащила ноутбук из рюкзака, уже не такого тяжелого без японского ножа.
— Итак, детектив Гаджет, — сказала Дженнифер.
Зэди проснулась и фыркнула. Она причмокнула и начала рыться в своей большой сумке в поисках еще одной бутылки «Доктор Пеппер».
— Так, Изабель Линкольн вообще-то 46 лет, — сказала Грей, — а не 30.
— Она не выглядит старо на фото, — ответила Кларисса.
— Во-первых, — рассердилась Грей, — 46 — это еще не старая. Во-вторых, черные вообще не стареют.
