1 марта 1968 г.
Конечно, ты остаешься. Я даже не сомневалась.
Твои сила и стойкость очень нужны пациентам.
Господь знает, здесь тоже несладко. Никсон объявил, что будет участвовать в президентской гонке, а протестующих теперь разгоняют слезоточивым газом. Господи боже. Совершенная бессмыслица.
И все-таки жизнь идет своим чередом. Я учусь в ветеринарном колледже и пашу как проклятая. Еще я записалась в местный оркестр, решила вернуться к игре на скрипке. Это немного помогает, но сплю я все равно плохо.
Когда вернешься, обязательно приезжай в гости. Приму тебя с распростертыми объятиями. У меня появилась новая кобылка — настоящая мечта новичка. Ничто так не лечит душу, как промчаться галопом в солнечный денек.
Мучительно знойным днем в начале марта Фрэнки, нервная и обессиленная от вечного недосыпа, заступила на смену.
На прошлой неделе хирургия была не слишком загружена — хватало времени на игры, фильмы и письма домой. Фрэнки даже успела прокатиться на
— Лейтенант Макграт.
Фрэнки повернулась и увидела капитана Минивер, новую главную медсестру Семьдесят первого. Держалась капитан неестественно прямо, в руках у нее была папка с какими-то бумагами.
— Лейтенант Макграт.
— Да, капитан.
— Мне сообщили, что за время службы вы ни разу не брали отпуск. А ваш новый контракт начинается через две недели.
— Кто меня сдал?
— Тот, кто очень за вас переживает. Птичка-невеличка.
— Барб.
— Барб? — Капитан улыбнулась. — Неважно. Я назначаю вам отпуск. И это приказ. Ваш маршрут у меня. Пляжный отель на острове Кауаи — звучит неплохо, правда? Полет до Гавайев неблизкий, зато солдат, ищущих, с кем бы перепихнуться, там гораздо меньше.
— Но я нужна…
— Хватит. Незаменимых нет, Макграт. Я наблюдаю за вами. Уровень стервозности, которого вы достигли, очень впечатляет. — Ее лицо смягчилось, в глазах начальницы Фрэнки увидела понимание. — Вам пора отдохнуть.
— Думаете, хула-хула поможет?
— Уж точно не навредит. В любом случае вылет завтра. Вот ваш маршрутный лист. Идите. Отдыхайте. Пейте коктейли с зонтиками. Отоспитесь, наконец. Я спасаю вам жизнь, Макграт. Поверьте. Я тоже была такой. Все мы не железные.
Спустя двадцать два бесконечных часа Фрэнки все-таки добралась до отеля «Кокосовые пальмы» на острове Кауаи и зарегистрировалась. Оказавшись в номере, она решила, что ванна может и подождать. Она задернула шторы, плюхнулась на кровать (кажется, самую мягкую в ее жизни) и тут же заснула.
Проснувшись, Фрэнки услышала, как за окном поют птицы.
Птицы. Поют.
Никаких взрывов и ударов ракет, никакого запаха крови, дерьма и дыма, никаких криков и гула вертолетов.
Капитан оказалась права, Фрэнки нужна была передышка.
В приятной полудреме она нежилась в мягкой постели, слушая птичье пение, и тут с удивлением поняла, что день уже в самом разгаре. Бодрая и буквально обновленная, она выбралась из постели и раздвинула тяжелые желто-белые шторы с гардениями. Она впервые увидела Кауаи.
— Ого!
Калифорния славилась своими великолепными бесконечными пляжами, но здесь, в этом месте, было что-то особенное, пейзаж напоминал россыпь драгоценных камней: золотой песок, изумрудная зелень, лазурное небо и пурпурные бугенвиллеи.
Фрэнки открыла окно и выглянула в светлый, прекрасный день. В воздухе витал сладкий аромат цветов и терпкий запах океана. На зеленом стриженом газоне росли высокие пальмы.