Вот один эпизод, происшедший не без ее участия. Буфетчице театра "Современник" за чеки Симон вместо настоящих денег подсунул "куклу". Бумага была аккуратно нарезана в типографии. Пачки перевязаны банковской лентой. Липа - комар носу не подточит. Клиентка купилась, а потом кусала локти. Побежала заявлять в милицию, там ее успокоили: мол, не волнуйтесь, гражданочка, этот Симон не только вам нужен, но и МУРу, и коллегам из Туапсинского УВД за преступления, совершенные там. В розыске он...
За подобную операцию и судили Калю, за это отбывала она срок в колонии под Можайском. Правда, она освободилась оттуда досрочно. Опять помогли связи, благодаря которым можно было влиять на многое в жизни. Главная помощь, кстати, исходила от жены известного в то время боксера, чемпиона мира. Вот как тесен мир. Конечно, супруга знаменитости вряд ли знала об истинных делишках Кали. Видимо, была чем-то обязана ей, скажем, выгодно продавала через нее заграничные шмотки, что привозил супруг.
Освободившись, Никифорова какое-то время находилась как бы на перепутье. Даже с ее связями вновь попасть в "Березку" оказалось задачей непосильной. Пришлось искать новую нишу, где бы можно было приложить свои силы с наибольшей выгодой. Таким местом стал пивной бар на Колхозной площади. Как раз на это время приходится еще одна интересная страница ее биографии.
Юля - двойник Кали
Из донесения в ГУВД Москвы:
Кличка Юлия (Каля Михайловна Никифорова). Привлечена к негласному сотрудничеству оперуполномоченным УБХСС (управления по борьбе с хищениями социалистической собственности)... Используется для получения информации о лицах, занимающихся спекуляцией, незаконным оборотом валюты, сбытом наркотиков, изготовлением неучтенной продукции...
Весь перечень преступных деяний, о которых обязана была сообщать Юля, конечно, был далеко не чужд и оригиналу этого двойника, самой Кале. Она вращалась в этой среде, делала на этом деньги и за деньги и гарантии собственной безопасности продавала своих же подельников, проделав все это теперь настолько изворотливо, что до правоохранительных органов доносились лишь обрывочные отголоски ее личных махинаций.
"Поймать Никифорову на чем-то с поличным? - Оперативник, осуществлявший ее разработку, улыбнулся, а потом вдруг сам задал вопрос: - А на лис охотиться не приходилось? Охотник еще ружье поднять не успел, а той уже и след простыл. Вот так и тут. Собрали мы компромат, мол, занимается она тем-то и тем-то. Но в самый решающий момент ниточка рвется. Калину причастность доказать невозможно. Остается довольствоваться тем, что хотя бы непосредственного исполнителя или вовремя подставленного стрелочника можно привлекать".
Каля-Юля все делала очень осторожно и осмотрительно, не оставляя никаких следов, которые бы выводили на нее. И даже сами воры, отзываясь о ней, характеризовали ее как невероятно хитрую женщину, хорошо ориентирующуюся в самом широком круге вопросов. Она даже консультации по уголовно-административному нраву давала. Окружение знало ее как человека влиятельного и со связями, как крупную спекулянтку, валютчицу, ради прибыли не гнушавшуюся ничем.
Теперь Каля почти не разменивалась по мелочам. Она все реже выступала непосредственным исполнителем, чаще - организатором. Основной ее интерес все больше ориентировался на драгоценности, антиквариат. Последнему промыслу благоприятствовало и то, что ее сестра Фаина постоянно проживала в Германии. Ей через своего человека на таможне Каля и переправляла старинные иконы, редкие картины и т, п.
Чтобы поставить соответствующим образом свой новый криминальный бизнес и расширить его. Каля втерлась в круги коллекционеров. Она приглашала знатоков искусства к себе, демонстрируя личную коллекцию из нескольких (около двух-трех десятков) дорогих икон и картин.
Подобраться к Никифоровой, тем более уличить ее в чем-то криминальном становилось довольно сложно. Она уже имела собственного адвоката, довольно престижного и проверенного в деле, своих людей в правоохранительных органах. Так, через купленного человека в Киевском нарсуде столицы она могла влиять на те судьбы, в которых была заинтересована. Через него отмазала, от тюрьмы и Виктора после совершенного им преступления.
Из документов МВД СССР:
Никифоров Виктор Юльевич (Калина), осужден Люблинским нарсудом Москвы 15.06.82 года по ст. 108 ч. 1 и 206 ч. Зна 5 лет. Срок наказания отбывал в колонии строгого режима в Башкирии. Из-за вызывающего поведения часто пребывал в одиночном изоляторе. Был зачинщиком драки, в которой был забит насмерть один из заключенных. Калине в драке откусили половину левого уха. Срок отбывал от звонка до звонка. Калина характеризуется как дерзкий, вспыльчивый, готовый на любые действия.
