Однажды она уж точно уберется отсюда, в сердцах говорила Синтия. Здесь же сущий ад! Во Дворце всё на нее давит, везде безумная теснота и распущенность, полное отсутствие свободы, строжайший внутренний распорядок с четко обозначенным временем посещений, бесконечные надзиратели, готовые наказывать ее за любой неверный шаг. Все просто отвратительно. Она даже вошла в контакт с делегаткой – представительницей жильцов, принимающей участие в совместных с администрацией собраниях, но там ее голос даже не был услышан. Тоже мне представительница, так ее разэтак! Ясно, что девица не хочет попусту гнать волну. Здесь все до смерти боятся оказаться снова на улице и оттого становятся трусами. Только она одна, Синтия, говорит, не стесняясь и во всеуслышание, все, что хочет сказать! Ясное дело, что многим это не по нраву. Ей пытаются заткнуть рот всеми возможными способами. Например, на месяц запретили ей посещения из-за драки с «теткой». Та нарывалась на конфликт всеми силами – вот и получила, что хотела. Да плевать ей на эту дуру сто раз! А насчет посещений, так к ней все равно никто не приходит. Да и кого можно было бы привести в эту гнилую нору, я вас умоляю? Она ненавидит всех, кроме, пожалуй, одной – Сальмы, главной на ресепшене, это самый приятный здесь человек.
Вот если бы Солен пошла и поговорила с директрисой, может, что и получится? Уж к ней-то обязательно прислушаются…
Солен оказалась в затруднительном положении. Что ей со всем этим делать? Как поступить с брызжущей ядом Синтией, которая обозлена на весь мир? Сальма ее предупреждала – она может быть непредсказуемой. Уже такое было, она устроила настоящий погром в фойе, переломав все столы и кресла. Уж лучше не вступать с ней в конфликт, к такому Солен не была готова.
Тем не менее она не могла не откликнуться на ее просьбу. Солен понимала, что это вовсе не ее борьба, не ее сражение. И решила она так не из-за трусости, а из дальновидности. В этом конфликте Солен была нейтральной стороной и собиралась ей остаться. Она знала, какая у нее здесь обязанность, она едва научилась ее осознавать, и у нее вовсе не было намерения переворачивать все вверх дном. Она – перо, а уж никак не рупор. У всех есть свои границы, и ее деятельность ограничивается именно этим.
Она постаралась объяснить Синтии, что может только помочь ей составить письмо в дирекцию, но не станет принимать чью-либо сторону в конфликте. Синтия мгновенно изменилась в лице. Рот ее исказила гримаса, одновременно гневная и презрительная.
«Так, значит, ты такая же, как все! – бросила она ей. – И зачем только ты сюда явилась? Заскучала и решила немного развлечься? Ведь любопытно взять да и понаблюдать за страданиями других, правда? И что, тебе понравилось? Позволило это тебе лучше относиться к собственной жизни? К твоей дерьмовой жизни в твоем благополучном квартале для богатеньких? Решив писать людям письма, ты что, всерьез подумала, что сможешь этим кому-то помочь?! Это совсем не то, что нам нужно! Ты и понятия не имеешь, как мы все здесь живем! Ты приходишь всего раз в неделю, для тебя это просто хобби, развлечение! Так вот, именно я записалась к тебе на сегодня, и что же ты сделаешь? Все, что ты делаешь, ты делаешь просто для очистки совести, потом ты закрываешь за собой дверь и уходишь, чтобы навсегда выбросить всех нас из головы! Так вот – убирайся-ка ты в свой богатенький квартал и не высовывай носа оттуда! Здесь тебе нечего делать, никто в тебе не нуждается!»
В завершение свой гневной речи она ударила кулаком по ноутбуку Солен, так что он свалился на пол. Привлеченная дикими криками просительницы, из приемной прибежала Сальма. Но было слишком поздно, все уже произошло. Синтия, изрыгая проклятия, выбежала из зала.
Директриса, тоже спустившаяся сверху, в ужасе созерцала ущерб. «Опять Синтия?» – спросила она. «Да, – вздохнула Сальма, – опять Синтия».
Современные технологии не выдержали натиска Синтии. Макбук не включался. Перепуганная директриса пообещала Солен, что администрация возьмет на себя все расходы по ремонту техники. Но Солен отказалась, ей не нужны были дворцовые деньги. У нее есть знакомый компьютерщик, он поможет решить проблему. Сломанный компьютер – это еще не конец света.
Этим вечером у Солен совсем пропал аппетит. Она не притронулась ни к одному из блюд в японском ресторане. Сидевшая рядом Сальма пыталась ее успокоить: не она первая испытала на себе злобу Синтии. Многие обитательницы Дворца уже понесли по ее милости непредвиденные расходы.
