Исходя из намерения японца купить редчайшие ордена, ему подставили агентессу экстра-класса «Эдиту», выступившую в роли эксперта Гохрана. Она заинтересовала объекта не только своим местом работы и возможностью приобрести у нее партию царских золотых монет, но и своими выдающимися женскими прелестями…
Агентурную разработку японца под кодовым названием «ЦАРСКИЙ ОРДЕН» генерал Козлов проводил под личным контролем председателя КГБ СССР Ю.В. Андропова. Учитывая статус Курусу, председатель дал указание провести вербовку на компрометирующей основе.
«Эдита» сумела расположить к себе азиата, и он открылся ей: сообщил, что он — японский дипломат. Рассказал также о своих регулярных поездках в Токио, Сингапур и Гонконг для доставки в Союз аудио— и видеоаппаратуры, часов и ювелирных украшений. Проблем при перевозке больших партий товара у него не возникает, так как он обладает дипломатическим иммунитетом. Контрабандой он занимается ввиду крайней необходимости: нужны деньги для оплаты врачей, лечащих его жену и ребенка.
Японец посетовал, что безуспешно пытается приобрести орден Андрея Первозванного и орден Победы, за которые отдал бы немалые деньги. На «Эдиту» как на работницу Гохрана он возлагает особые надежды и готов выполнить все ее условия.
В порыве откровенности японец с явным сожалением признался, что в Москве находится без жены, да и вообще истосковался по женскому обществу. Заявил, что не поскупился бы на подарок, если бы агентесса пригласила его к себе домой.
Следуя линии поведения, отработанной генералом Козловым, «Эдита» с готовностью принялась обсуждать эту тему, заявив, что пригласит Курусу в гости, как только муж уедет в командировку. Иностранец поинтересовался, чем занимается ее супруг. Агентесса, великая актриса по жизни, простодушно ответила, что муж работает в геологоразведке, ищет алмазы и золото в Якутии, и поэтому часто бывает в командировках.
Японец пояснил, почему он намерен поддерживать отношения только с «Эдитой»: удобнее и безопаснее продавать контрабандный товар одному надежному посреднику, чем многим случайным покупателям. К тому же «Эдита», по его мнению, принадлежит к элитной группе государственных служащих, а это — гарантия безопасности их бизнеса, ибо она рискует не менее чем он, и, значит, будет предельно осмотрительна и конспиративна в делах.
Когда о состоявшемся разговоре агентесса сообщила генералу Козлову, тот, следуя в фарватере намерений председателя КГБ, предложил ей загнать азиата в «медовую ловушку»: установить с ним интимные отношения у себя на квартире.
По возвращении из Сингапура с очередной партией товара Курусу сразу позвонил «Эдите». Та ответила, что прийти на встречу не может, так как сломала ногу, лежит в постели голодная, и некому ей даже чаю заварить, потому что муж в командировке, после чего она навзрыд расплакалась в телефонную трубку.
Курусу и растерялся, и обрадовался одновременно — от упоминания о постели перехватило дыхание, к тому же женщина прозрачно приглашала посетить её на дому! Но сначала — дело, поэтому японец спросил, что же делать с привезенным товаром.
Будто не расслышав вопроса, «Эдита», перейдя на шепот, добавила, что если Курусу-сан желает взглянуть на орден Андрея Первозванного, то у него есть шанс — регалия временно находится у нее дома.
Все сомнения мгновенно развеялись, японец прокричал в трубку, что уже едет. Бросив трубку, выскочил из телефонной будки. Вернулся, чтобы узнать адрес, а заодно спросил, не захватить ли ему пару бутылок шампанского.
Агентессе спешно забинтовали ногу, вооружили костылями. Макияж она наложила сама.
В сопровождении двух бригад «наружки» Курусу через двадцать минут подъехал на такси к дому. «Эдита» встретила японца, прыгая на костылях и морщась от боли. Извинилась за беспорядок в квартире — некому убрать. Минуя гостиную, проследовала в спальню и уселась на прикроватный пуфик.
…Свою роль агентесса-обольстительница играла с упоением. Халатик постоянно распахивался, то обнажая до самого основания стройные ноги, то вдруг из него одновременно выкатывались спелые дыни грудей.
От такого натиска Курусу вмиг забыл и о привезенном товаре, и об ордене Андрея Первозванного.
Осушив залпом пару бокалов шампанского, он попросил разрешения снять пиджак. На пиджаке не остановился, стащил и надетый поверх рубашки полотняный пояс с кармашками-ячейками, заполненными часами и золотыми браслетами. С облегчением вздохнул: «кольчуга» весила около десяти килограммов!
«Эдита» попросила разрешения прилечь на кровать — болит нога. Вновь предательски распахнулся халатик. Зачарованный Курусу вперил взгляд в манящий лобок. Ленивым движением женщина одернула подол. Отрешенно глядя в потолок, стала поправлять прическу. При этом озорные глаза, источавшие похоть, призывно смеялись.
Нет, она просто издевалась над молодым изголодавшимся самцом!
