Надя бурно и искренне желала свекрови долгой жизни и заставляла себя верить, что болезни реальны. Она так хотела гордиться мужем! Разумеется, он остался в Ленинграде только потому, что нельзя оставить хворую мать в полном одиночестве, а вовсе не от малодушия. Он смелый человек, просто очень добрый и любящий сын.
Врачи «Скорой помощи» превратились почти в родственников, а участковая – в Надину подружку.
В доме постоянно крутилось какое-то колесо Сансары из болезней Анастасии Глебовны: давление переходило в «сердце», которое, в свою очередь, вызывало холецистит, тот запускал панкреатит, отступавший только перед давлением. Иногда в этот круг вклинивалась банальная простуда или мигрень.
Поднимаясь утром, Надя первым делом думала: «Что сегодня?» – и быстро получала ответ. Свекровь говорила «мой панкреатит» или «мое давление» таким тоном, каким уместнее было бы сказать «моя звезда Героя Советского Союза».
Участковая быстро сдалась и оставила попытки убедить пациентку в том, что она здорова, вместо этого выписывала всякие сложные микстуры и порошки, благодаря чему Надя обзавелась полезными знакомствами в рецептурном отделе районной аптеки. Если какого-то компонента вдруг не оказывалось, вся семья металась по городу как угорелая, лишь бы только микстура была готова в срок и в полном составе ингредиентов.
Из-за ребенка Надя закончила университет через год после мужа и была крайне удивлена, когда ей предложили остаться в аспирантуре. Муж убеждал, что такое бывает только по большому блату, просто так туда попасть совершенно невозможно, а тут вдруг ее, совершенно обычную студентку, вчерашнюю деревенскую девочку, раз – и оставляют!
Она примчалась домой как на крыльях и сразу поделилась радостной новостью со свекровью, но в ответ получила лишь поджатые губы и укоризненный взгляд.
Выдержав мощную паузу длиной в полчаса, Анастасия Глебовна ласково улыбнулась и заметила, что предложение, безусловно, лестное, но надо крепко подумать и все взвесить, прежде чем его принять. Все-таки Надя не просто студентка, а замужняя женщина, мать семейства, и на первом месте должны быть интересы семьи, а не личные амбиции. Наука требует полной самоотдачи, а разве может себе позволить такое женщина, на которой дом? Да, сейчас Анастасия Глебовна делает все возможное, чтоб разгрузить невестку, но долго ли продлится подобное положение вещей? Скорее всего, нет, она же не кто иная, как старая дохлятина, и конец ее близок. Далее: семейству пора задуматься о втором ребенке. Сейчас его заводить рановато, но, к счастью, Надя еще молода, время есть, только нельзя забывать, что она по специальности – химик, и бог знает, какой гадостью придется дышать в этой самой аспирантуре. А вдруг из-за этого ребенок родится уродом? Нет, у женщины семья должна быть на первом месте! Яшенька – очень тонкий мальчик, с ранимой психикой, ему нужна материнская забота, ласка. И такой момент, о котором Надя сама должна была подумать: в счастливом браке жена не должна быть успешнее мужа. Надо ей, чтобы у Алексея развивался комплекс неполноценности? Надя уже вытащила одну счастливую карту – фантастически удачно вышла замуж, поэтому следует благодарить судьбу за то, что имеешь, а не гоняться за какими-то химерами. На двух стульях не усидишь, это всем известно, поэтому пусть Надя поступает в аспирантуру, но кончится это тем, что она и в науке не преуспеет, и счастливый брак разрушится.
Слова свекрови показались Наде резонными, она сказала, что посоветуется с Алексеем, но Анастасия Глебовна убедила ее ничего не говорить мужу. Ему будет тягостно знать, что жена ради него пожертвовала научной карьерой, это тоже не пойдет на пользу браку.
Что ж, Надя пошла работать в школу…
Только через много лет, уже став директором, она сообразила, почему свекровь отговорила ее от аспирантуры. Причина самая банальная – деньги. Анастасия Глебовна всю жизнь не работала, и пенсия ей шла только за мужа, адъюнкт получал очень скромно, а если бы и Надя села на стипендию аспиранта, семье пришлось бы затянуть пояса, во всяком случае, отказаться от многих привычек, например, покупать мясо на рынке, потому что от панкреатита может спасти только «супчик из парной телятинки».
Надежда Георгиевна почувствовала жар в пальцах. Оказывается, за воспоминаниями она докурила до самого фильтра. Выбросила хабарик в урну, но вставать со скамейки не стала, хотя влага, кажется, просочилась сквозь картонку и слегка холодила зад.
Так они и живут до сих пор, единственное, что изменилось к лучшему, – бабушка потеснилась на кухне и теперь разрешает невестке готовить. Только это уже перестало быть в радость…
Единственное, чего не отнять, – бабушка любит внуков, много занималась с ними, пока были маленькие, а теперь пустила Аню жить к себе в комнату, тут она молодец, за что ей искренняя благодарность.
