Молодой человек с неприлично яркими для Жердевки розовыми волосами даже не замечает тебя и идёт обниматься с Верой. Вблизи он выглядит ещё выше. Тут минимум метр девяносто. Тебе в нос ударяет запах его духов. Будто запах клубничного мороженого, которое подали в старой грязной пепельнице. Тебе нечего сказать, он выглядит великолепно. Он атлетично сложен, его голова — краниометрическое совершенство. На его чёрных явно дизайнерских брюках идеально выглажены стрелки. Все пуговицы на его такой же рубашке застёгнуты, и…
СТОП! Его рубашка! Точнее пуговицы. Они застёгнуты справа-налево. Но это НЕ женская рубашка. Такое ощущение, будто она специально сшита под него, и пуговицы НАМЕРЕННО находятся на левой стороне.
Верно подмечено! Не забывай про брошь с красной розой, прикреплённой рядом с нагрудным карманом. Он выглядит подозрительно. Я уверен, что это ОН Жердочник.
— Как ты, Фокс? — нежно говорит парень
Фокс?
Её фамилия Лисицина. Наверняка это её… погоняло.
— Жива. Ждём остальных. О, это, кстати, Елена, — она отлипает от парня и показывает на меня пальцем, — А это Виктор.
Выходит, это он Виктор, с которым вчера подружился Саня. Казалось бы, идеальный парень. Но что-то в нём не так. Что-то не так в его взгляде.
Настоящий волчий взгляд. Я пытаюсь сохранить самообладание, смотря ему прямо в глаза, но чувствую, как мои колени подкашиваются и как холодеют мои руки. Кажется, что он стал ещё выше. Он протягивает руку, а в моём горле образуется ком, который по моим ощущениям напоминает булыжник.
Не смей даже думать о том, чтобы бояться этого пидораса! Просто ебучий попугай вырядился как эдакий… эм… ссаный пидор, и ещё чё-то выёбывается. Ну ты посмотри на это чучело ёбаное. В очках весь такой умный, а без них явно лох. Отставь панику, выпрями спину и сожми его руку так крепко, будто ты хочешь её сломать. Хотя, нет, СЛОМАЙ ему руку!
Но не смотря на это, я пожимаю его руку. Рукопожатие у него крепкое, но не такое, как у меня.
Почувствовав то, что ты не планируешь под него прогибаться, он попытался рефлекторно убрать руку, но твой хват не дал ему это сделать. Его брови дёрнулись, а дыхание сбилось. Отличная работа, Адлер.
— О, а ты сильная, — говорит Виктор после того, как я отпускаю его руку.
— Каратэ кёкушинкай. Со второго по восьмой класс.
— Круто-круто, — пробубнил Виктор.
— Всем привет, — откуда-то внезапно появляется Саня.
— Сашенька, здравствуй, — Виктор переводит внимание с меня на Саню и тоже лезет к нему обниматься. Саня с куда меньшим энтузиазмом даёт ему себя обнять, но старается не прикасаться к нему руками, — Как ты, мой хороший?
— Хватит.
— От тебя пахнет корой дуба и моими любимыми сигаретами.
Тебе сложно понять, что сейчас чувствует Саня. Но на его лице читается что-то вроде: «Бля-я-я-я-я-я-я-ядь!»
— Как мило, — Саня это сказал несерьёзно.
— Итак, чем мы сегодня занимаемся? — громко спрашивает Виктор. Кажется, Поттероманы стали громче.
— Мы ждём ещё Черешню и Виноградину! — пародируя громкий голос Виктора, отвечает Вера
— А это не они там? — заметил Саня, указав на надвигающуюся к нашей компании пару. Очень низкую девушку. Она была даже ниже Черешневой. Ну и сама Черешнева.
Внезапно, ты встаёшь в ступор. С одной стороны, у тебя примерно те же чувства, что и с первой главы. Ты считаешь Черешню клоуном, но… очень харизматичным клоуном. Её манера речи, использование латыни в разговорах, её внешний вид. Ты буквально сражена ей.
— Черешня! — в один голос закричали Виктор и Вера, кидаясь к ней. Врать не буду, мне захотелось сделать тоже самое, но меня внезапно одёрнул Саня.
— На пару слов, пока они лобызаются, — сказал он, отводя меня чуть дальше от них.
— Чё такое? — спрашиваю я.
— Я разузнал кое-что про них.
— И?
—Вон та мелкая с голубыми волосами — Ирина Виноградова, одна из приближённых к главе этого союза, Черешневой. Двадцать шесть лет. Про неё особо ничего нет интересного, кроме того, что она самая старшая в союзе, и уже жената на владельце одной новой ритуальной конторы.
Умереть в Жердевке гораздо хуже, чем умереть в каком-нибудь другом городе. Количество ритуальных контор на квадратный километр просто зашкаливает. Пока ты думаешь над этим, вполне вероятно, что прямо сейчас два представителя разных похоронных бюро на глазах овдовевшей старушки играют в перетягивание каната… где канатом является бездыханное тело её уже бывшего мужа. Каждое бюро горит желанием кого-то похоронить на очень выгодных условиях. «Приходите умирать к нам всей семьёй, мы в вместе с вашим гробом прикопаем еще и вашу живую собаку, чтобы она не скучала одна у могильной плиты.
— Вот это чудо, — Саня показал пальцем на Виктора, — Виктор Кошаков. Двадцать лет. С ним немного интереснее. У него есть судимость.
—Убийство? — с надеждой спрашиваю я.
Особо жестокое на почве ненависти к… да к чему угодно. По его лицу видно, что он и мать с отцом родных убьёт за любую хуйню.