Хольтц встал, одернул китель и вышел из канцелярии, не запирая дверь — здесь, в части, кроме ратлингов воровать было некому, огрины не опускались до такого. Это за крысятами надо присматривать, чтобы не сперли у тебя ОСД из кармана, здоровяки даже понятия не имели о воровстве. Комиссар вызвал транспорт и, когда солдат приехал, удобно устроился на пассажирском сиденье, повелев ему прибыть в космопорт. На острове была своя посадочная площадка и сейчас, когда капитан транспорта доложил о прибытии, атмосферные челноки прогревали двигатели, чтобы поскорее произвести разгрузку, а техножрецы готовились к плановому обслуживанию корабля.
Старших учебных офицеров в космопорту толкалось как мирных жителей на параде в честь Императора — все уже получили сообщение о прибытии и теперь дожидались подопечных. Хольтц вызвал своих помощников, часть из которых были огринами, чтобы некоторым особенно упертым вколачивать знания через голову, но остальные — обычными людьми. Сейчас они бросали свои дела и возвращались в казарму, чтобы подготовить все к прибытию, поставить здоровяков на довольствие и решить еще кучу бюрократических проволочек, о которых огрины даже понятия не имели.
Первые два транспорта привезли пустынных олухов и джунглевых бородавочников, которых сразу же увели офицеры, понукая электрошоковыми дубинками и изредка пинками. Эти огрины достаточно смирные и говорят на низком готике, так что с ними проблем никогда не возникало. А сейчас пойдут рекруты из диких и варварских миров, где об Империуме слышали краем уха и то из рассказов стариков. Третий транспорт как-то странно трясся в воздухе, но потом прекратил. Похоже, огрины веселились вовсю, подпрыгивая при низкой гравитации, подумал с усмешкой комиссар. За время полета они уже должны были попривыкнуть к стандарту, принятому в Империуме и научиться передвигаться более плавно и осторожно. Особенно с их-то силой.
Огромный челнок для перевозки бронетанковых войск плюхнулся на опоры, его аппарель откинулась и огрины повалили шумной толпой. Они создали что-то вроде круга или примитивного построения, причем Хольтц сразу же увидел своих — отдельная маленькая группка, за которой следовали их соседи по этажу, откололась от стада и встала рядом, но не с ними, причем образовав ровные ряды. Молодцы, подумал комиссар, какое-то понятие о построении у них есть, с такими будет приятно работать. Он подошел к строю — огрины смотрели на него одобряюще, заметив висящий на поясе меч в ножнах, сравнивая с другими офицерами, которые применяли непонятное жалящее оружие. Кураторы групп начали разгонять толпу по открытым транспортерам с помощью электродубинок, у некоторых рекрутов была клаустрофобия и они панически боялись крыши над головой и железных гремящих коробок, поэтому неохотно лезли внутрь. Хольтц вынул планшет и посмотрел на данные — эта группа была подсвечена зеленым, значит точно его, только вон те левые затесались, их пока в сторону.
— Так. — Он посмотрел на строй. — Меня зовут старший офицер Карл Хольтц, но вы можете обращаться ко мне товарищ офицер или комиссар. — Огрины молчали, изучая своего наставника, привычно сравнивая каков он в бою. Что ж, уже хорошо, если попросят продемонстрировать навыки, то это мы легко. — Вы пройдете учебный курс перед тем как отправиться по распределению в действующие полки Имперской Гвардии и моя задача обучить вас, дуболомов, работе с огнестрельным оружием. Это ясно?
— Да, товарищ офицер. — Ответил один из них, тот самый, что занавешивал камеру. — С нами проблем не будет, мы знаем, что такое дисциплина.
— Хорошо. — Кивнул Хольтц. — Тогда вон та группка останется, за ними придут другие офицеры и доставят вас на распределительный пункт. А вы сразу же в казарму. Напра-во! Шагом марш!
Огрины не шелохнулись, продолжая стоять и пялится. Вперед вышел тот самый говорун и произнес:
— Господин офицер, я вижу в вас в ножнах меч и прежде чем выполнять ваши приказы, мы бы хотели убедиться каковы вы в бою.
