— Матвей, я не ненавидела твою бабушку, это она не хотели, что бы мы жили с твоим дядей!
— Все, вам пора! Вы говорили один вопрос! — неожиданно громко прозвучал голос домработницы.
Но Матвей кивнул ей и встав со стула сказал:
— Раиса Петровна, пусть спросит, но это будет последний разговор. Я отвечу ей! Не бойся! Папе и маме я не скажу, что она сюда приходила. Тебе не попадет!
Нина немного удивилась такому заявлению Матвея. Немного помолчав, она спросила:
— Матвей, а ты не знаешь, Эдик не состоял ни в какой секте?
Мальчик вздрогнул и отведя глаза резко ответил:
— Нет, Эдик мне про это ничего не говорил!
Нина, поняла, по его волнению, что он соврал.
— Матвей, понимаешь, погиб его друг — Юра Сергеев, ты знал такого?
— Юрка?! — Матвей растерянно посмотрел на Нину.
В глазах его мелькнул огонек ужаса.
— Да, причем как я подозреваю, его убили тоже как Эдика.
— Никто, не кого, не убивал! — крикнул мальчик.
Он тяжело дышал.
— Матвей, я вижу, что все, что я тебе говорю, на тебя производит впечатление и скрыть тебе это не удается, прошу тебя, скажи, что ты знаешь о смерти моего сына?!
— Ничего на меня не производит! Я уже сказал! Я ничего не знаю! Я его проводил до автобуса и все! А, что он мне говорил, я не помню! — раздражительно крикнул он.
Нина оглядела комнату. Она была в замешательстве. Ей предстояло сказать самое важно, то, с чего по наставлению Малеева, она и должна была начать. Но она не решилась. Сейчас же она поняла, что ей придется это сделать.
— Матвей, я пришла тебе сказать, очень страшную новость! Очень! И я, не хотела тебе ее говорить, но видно — придется. Потому, как, узнав ее, может, ты мне скажешь правду.
Матвей внимательно посмотрел на нее и сухо спросил:
— Правду, какую вы можете сказать правду, что вы можете? Вы просто — убитая горем женщина и я вас немного понимаю, но если бы не ваше горе, я бы не стал с вами разговаривать!
На глазах у Нины вновь выступили слезы. Ей, почему — то в это мгновенье стало жаль мальчика. Хотя она и ненавидела его.
— Матвей! Сегодня утром твоя бабушка погибла, она сгорела заживо в будке на кладбище!
Мальчик вздрогнул и широко раскрыв рот закачал головой. В его глазах отразилась беспомощность и страх. В это время послышался глухой удар. Нина резко обернулась и увидела, что домработница лежит без движения на полу. У женщины был глубокий обморок. Нина испугалась. Она не как не ожидала такой реакции, тем более от дом. работницы.
Тем временем завыл Матвей. Он как полоумный, встав на колени, запричитал:
— Бабушка! Бабушка! Бабуля моя! Ааа! Бабушка! Нет, это не правда!
Нина не знала, что делать. Она склонилась над бесчувственной Раисой Петровной и постукала женщину по щекам ладошкой. Та слабо застонала.
— Раиса Петровна, Раиса Петровна, очнитесь, что с вами?
Пожилая женщина открыла глаза и словно безумная смотрела в потолок. Ее губы тихо шептали:
— Сашка! Подлец. Сашку, Сашку, остановите.
Нина нагнулась пониже, что бы расслышать бормотанье.
— Какого Сашку? Раиса Петровна! Какого Сашку? Кто такой Сашка?
Нина сбросила с себя шубу и крикнула Матвею, который немного успокоился и лишь тихонько всхлипывал:
— Принеси воды! Если сеть валерьянки накапай! Видишь ей плохо!
Мальчик встал с колен и побежал на кухню. Через минуту он вернулся со стаканом воды.
Раисе Петровне стало лучше. Она дышала гораздо спокойней. Нина погладила ей лоб и поднесла стакан с водой. Когда женщина выпила, Нина ее тихо спросила:
— Раиса Петровна, про какого Сашку вы говорили?
Женщина подозрительно посмотрела на Нину и отстранившись от нее неожиданно грубо произнесла:
— Уходите! Немедленно уходите! Вы приносите только не счастье в наш дом!
Нина, поднялась с колен и подняв лежащую на полу шубу, вздохнув сказала:
— Это не я вам приношу несчастье, а вы всем!
В это время она почувствовала, как ее кто-то тянет за руку. Это был Матвей. Мальчик со слезами на глазах хнычущим голосом сказал:
— Тетя Нина, тетя Нина, я боюсь! Они и меня убьют! Я боюсь! Заберите меня отсюда!
Нина даже не поняла смысла его фразы, настолько неожиданной она была:
— Кто тебя убьет? Матвей? Что ты говоришь? Кто такой Саша? Про кого говорила Раиса Петровна?
Но мальчик только качал головой и хныкал. Нина вдруг испугалась. Она заметила, что Раиса Петровна исчезла. Место на полу где она лежала, было пусто. Нина в растерянности оглянулась, но Раисы Петровны не было.
— Матвей! Поедем со мной! В милицию! Там все расскажешь! — нервно сказала Нина и потянула мальчика за руку.
Но тот уперся и захныкал еще больше:
— Нет! Я боюсь! Я не куда не пойду!
Нина попыталась обнять Матвея и успокоить, но он вырвался и отмахнувшись от нее выбежал из комнаты. Его шаги застучали по винтовой лестнице. Нина кинулась за ним следом: «Матвей! Матвей! Постой! Я хочу тебе помочь! Поедем со мной!» — кричала она на ходу.
Высокие каблуки сапог не позволяли ей быстро спускаться, поэтому куда делся мальчик, она не заметила. Оказавшись в прихожей, она встала в нерешительности.
— Матвей?! Раиса Петровна?! — окликнула Нина.
Но никто не отозвался. Женщина в нерешительности двинулась к двери на кухню.
— Матвей?! Где вы?
