Но тут раздался голос – тихий, но отчётливый. Это был голос княжича, который звал её имя. Веста обернулась, пытаясь найти его среди теней, но увидела лишь пустоту. Замок начал распадаться на куски, стены рушились, пол проваливался, и девушка проснулась, тяжело дыша.
Сердце её колотилось так сильно, что казалось, вот-вот выскочит из груди. Она села на кровати, огляделась вокруг. Всё было спокойно, комната освещалась мягким светом луны, проникающим через окно. Но ощущение тревоги не покидало её. Что означал этот сон? Почему замок казался таким реальным, почему ворон смотрел на неё так пристально?
Утро приближалось, и Весте нужно было готовиться к свадьбе. Но внутри неё осталась тень сомнения, тёмное предчувствие, которое никак не удавалось прогнать.
– Зачем делать свадьбу двадцать девятого февраля? –недоуменно спрашивала Настасья у супруга, собираясь на свадьбу падчерицы. Вот уже неделю, как Веста уехала из отчего дома. – Зачем так торопиться? И чертов Високосный год вообще плох для венчания, можно было подождать до следующего или хотя бы до лета. – Ты хочешь это сказать Князю? – Михайло приподнял брови и посмотрел вопросительно на супругу, – Нет, конечно, – выдохнула она. – просто не понимаю этой спешки. – На все воля Князя, – пожал плечами Михайло, – а нам остается прибыть на свадьбу и благословить молодых.
Все были в томительном предвкушении, Михайло с одной стороны был рад породниться с Князем, с другой стороны сетовал, что это придется сделать, отдав Весту замуж. Настасья была недовольна, что ее дочери остались в девках, а поганка Веста ни с того, ни с сего, выходит замуж. Ольга рвала и метала, как сделать так, чтобы Весты не стало и ее мысли были весьма черны, она искренне желала младшей сестре смерти. Полина тоже не далеко ушла и проклятия на Весту сыпались из ее уст ежедневно. Она верила в то, что мать Весты была ведьмой и ушла в иной мир не от болезни, а от того, что продала душу злым духам и что Веста такая же ведьма и приворожила Княжича, околдовала и когда этот морок рассеется, Митар поймет какую ошибку он совершил, но будет уже поздно.
– Ты очень красива, – улыбнулась Федора, которую отправили вместе с Вестой в замок, чтобы та ей помогала и прислуживала. Федора была рада остаться с младшей дочерью пана Михайло, которая за ребячьими повадками и дерзким нравом, видела доброту, искренность и честность девушки. Да ее красота была не в угловатой фигуре и не в топорщащихся кудрях, не в веснушках на лице, а во взгляде ярко-зеленых глаз. Те будто отражали бескрайние леса и поблескивали огоньками.