— Может быть, этим объясняется промежуток времени, выпадающий из алиби. Но в любом случае Ясуко должна была вернуться к окончанию фильма.
— По твоей версии, на найденном велосипеде приехал убитый?
— Так, получается.
— А отпечатки пальцев Исигами попросту забыл стереть. Вопрос: мог ли Исигами допустить такую элементарную ошибку? Дарума-Исигами!
— Любой гений способен на ошибку.
Юкава задумчиво покачал головой:
— Любой, но не он.
— Ну хорошо, почему же, по-твоему, он не стёр отпечатки пальцев?
— Я постоянно размышляю об этом, — Юкава сложил на груди руки. — Но пока ещё не пришёл к окончательному выводу.
— Не слишком ли ты много размышляешь? Может быть, он и гений в математике, но как убийца он дилетант.
— Не вижу большой разницы, — парировал Юкава невозмутимо. — Быть убийцей даже проще.
Кусанаги, покачав головой, поднёс ко рту замызганную кружку.
— В любом случае я займусь разработкой Исигами. Если есть вероятность, что он был соучастником, круг следственных действий расширяется.
— Согласно твоей теории, преступление было совершено весьма небрежно. Сплошные упущения: забыл стереть отпечатки пальцев с велосипеда, оставил недогоревшую одежду… В таком случае у меня возникает вопрос: это преступление было совершено по заранее продуманному плану? Или же в результате каких-то обстоятельств произошло спонтанно?
— Я думаю… — ответил Кусанаги, глядя на Юкаву, который, казалось, что-то прикидывает в уме, — я думаю, оно произошло спонтанно. Например, Ясуко назначила свидание Тогаси для каких-то переговоров. Исигами присутствовал в качестве её, так сказать, телохранителя. Однако возникла ссора, и в результате они вдвоём убили Тогаси. Может, всё было так?
— Тогда появляется противоречие с тем, что ты только что толковал о кинотеатре, — возразил Юкава, — Если они собирались только поговорить, не было никакой необходимости обеспечивать себе алиби. Даже если оно и не вполне убедительно.
— Хочешь сказать, что убийство было спланировано заранее? Что с самого начала Ясуко и Исигами поджидали его в засаде, чтобы убить?
— Это сложно представить.
— Ну вот опять! — Кусанаги скорчил недовольное лицо.
— Если Исигами спланировал убийство, он не мог быть таким растяпой. Он не мог составить план с такими вопиющими ошибками.
— Тогда, по-твоему, получается… — заговорил Кусанаги, но в этот момент вдруг зазвонил его мобильный. Извинившись, он включил телефон.
Звонил Киситани. У него была важная информация. Задавая вопросы, Кусанаги записывал в блокнот.
— Кое-что интересное обнаружилось, — сказал Кусанаги, выключив телефон. — У Ясуко есть дочь по имени Мисато. Киситани получил любопытнейшее свидетельство от её школьной подруги.
— Какое?
— В день, когда произошло преступление, Мисато сказала своей подруге, что вечером собирается с мамой идти в кино.
— Неужели?
— Киситани проверил. Кажется, никакой ошибки. Короче, получается, что Ясуко уже днём договорилась с дочерью пойти в кино, — Кусанаги посмотрел на физика: — Теперь уже можно не сомневаться, что это было запланированное убийство.
Но Юкава покачал головой.
— Это невозможно, — сказал он уверенно.
Ночной клуб «Мариан» был расположен в пяти минутах ходьбы от станции Кинситё, на пятом этаже здания, забитого всевозможными питейными заведениями. Здание было ветхое, с лифтом старой конструкции.
Кусанаги посмотрел на часы. Ещё только восьмой час вечера. «Должно быть пусто», — предположил он. Он собирался обстоятельно обо всём расспросить, поэтому хотел избежать наплыва посетителей. «Впрочем, неизвестно, ходит ли вообще сюда кто-нибудь», — подумал он, разглядывая ржавые разводы на стенках лифта.
Однако, войдя в «Мариан», он едва сдержал удивление. Из двадцати столиков треть была уже занята. Судя по костюмам, большинство — служащие, но попадались и какие-то сомнительные личности неопределённых занятий.
— До этого я собирал информацию в клубе в Гиндзе, — шепнул Киситани на ухо Кусанаги. — Тамошняя хозяйка и говорит: «Хотела бы я знать, где теперь надирается весь тот народ, который во время экономического бума околачивался у нас!» А мы теперь знаем: все переползли в такие вот кабаки.
— Думаю, ты ошибаешься, — сказал Кусанаги. — Тот, кто однажды разбогател, уже не может позволить себе опуститься до такого уровня. Здешние выпивохи и завсегдатаи Гиндзы — люди разного сорта.
Подозвав охранника, они объяснили, что хотят поговорить с управляющим. Молодой охранник тотчас перестал заученно улыбаться и исчез в глубине.
Вскоре появился другой охранник и проводил Кусанаги и Киситани к стойке бара.
— Что-нибудь выпьете? — спросил он.
— Пожалуй, пивка, — протянул Кусанаги.
— А можно? — удивился Киситани, когда охранник удалился. — Мы же как-никак на работе.
— Если ничего не пить, другие посетители будут смотреть на нас косо.
— Тогда надо было заказать чай.
— Ты когда-нибудь видел в подобных заведениях двух здоровых мужиков, пьющих чай?
Пока они так препирались, показалась женщина лет сорока в серебристо-сером костюме. Лицо густо накрашено, волосы собраны на затылке. Очень худая, но довольно красивая.
